Священное наследие

Современное состояние общественно-политического сознания в деле осмысления произошедшей с Россией катастрофы 1917 года и последующего за этим Советского периода, с крахом последнего и утратой всяких разумных и самобытных перспектив развития общества и государства, не может не удручать. Все споры последнего времени, гротескные поиски некой национальной идеи, на фоне совершенно разрушительного копирования западных общественно-политических образцов построения республиканского государства с институтами, показавшими свое чудовищное противоречие с традиционной национально-государственной культурой многих европейских этносов и особенно русского, заставляют серьезно ставить вопрос о нашей способности не только правильно ответить на вопросы, что есть государство как таковое, можно ли определять современное государство как определенный этап развития или это явная деградация сего института, и что есть русское государство в частности, в его исторической ретроспективе и перспективе, но и крайне важно правильно наметить возможные пути истинного, исторически обусловленного и нравственно оправданного возрождения России и ее народов.

Но ответы на эти вопросы мы непременно обязаны найти, чтобы перестать двигаться на ощупь в потемках ветхих, отживших свой век, теорий государства эпохи Руссо и Великой Французской революции, низведший европейскую блистательную монархию до второсортной, по сегодняшним политическим меркам страны, с трудом балансирующей на грани между лоском внешней атрибутики европейского гранда и внутренним содержанием полубанановой республики.

Речь идет о самой родине этих разрушительных идей – Франции.

Сначала, мы отметим один потрясающий парадокс, взятый из области нашего общеупотребительного лексикона, который вскрывает глубинные пласты подсознательного восприятия не только массами, но и интеллектуальной элитой истинных основ государственной власти в России, если угодно, фундаментального кода, своеобразного ДНК нашей национально-государственной жизни.

С формальной точки зрения сейчас в России республика, со всей классической атрибутикой, о которой мечтали столько поколений выродившейся накануне революционных потрясений в паразитарный класс аристократии, либеральной интеллигенции, мещан и русских буржуа. У нас выборный президент, выборный парламент. К этому антуражу добавляем конституцию и три ветви власти: исполнительную, законодательную и судебную. У нас «вожделенная», классическая демократия. И речь сейчас даже не о том, что в реальности современное «народоправство» привело к тому, что народные массы еще никогда не были так отчуждены от власти и государства в целом. Мы отметим иной аспект.

Никто никогда не говорит, обсуждая проблемы России, ее экономические и социальные задачи, употребляя такие речевые обороты: «у нас в республике», «республика заботиться о своих гражданах», «в республике решаются задачи по обеспечению экономического роста» и т. д. Но всегда и везде мы слышим словосочетания: «наше государство», «государственные задачи», «государственное строительство».

Ведь это поразительный этимологический парадокс, что, живя в республике, мы называем ее государством. Дело не в простом словоупотреблении. Это отнюдь не синонимы. За этими словами совершенно разная политическая реальность существования народа или народов в определенных границах, разное понятие суверенитета, взаимоотношений личности и власти. Происходит такое смешение или прямо подмена понятий не по злому умыслу власть предержащих или таинственных жрецов-кукловодов. Здесь перед нами налицо полное непонимание традиционных основ государства с одной стороны современным обществом, с другой стороны – властью.

Народ наш интуитивно чувствует жизненную необходимость этих корневых основ, их фундаментальную заданность всей нашей историей, всем нашим национальным духом, характером. Перед нами важнейший аспект интуитивного национального чувствования необходимости священных основ власти. Именно так! И именно по этой причине Россия для нас всегда государство и никогда не республика.

Но, самое главное, что не должно ускользать от нашего внимания сегодня, это тот неоспоримый факт, что и для власть придержащих Россия сегодня никак не республика, хотя в официальной фразеологии государственных чиновников в переизбытке республиканская либерально-демократическая лексика.