Святая Русь. Подлинная история старообрядчества

Эти благочестивые сказания сродни средневековым западноевропейским преданиям о государстве пресвитера Иоанна – христианской стране, расположенной где-то далеко на востоке. В основе европейских и русских легенд лежат неточные сведения о древних общинах христиан-сирийцев на юге Индии (т. н. «христиане апостола Фомы»).

Иногда на Руси появлялись люди, якобы побывавшие в Опоньском царстве или Беловодье. Иногда оттуда приходили письма, живописующие торжество истинной веры, благолепие храмов и истовость служения православных патриархов и епископов. А в конце XIX века по России разъезжал Антон Пикульский – сын коллежского асессора из Великого Новгорода, выдававший себя за «архиепископа Аркадия».

Пикульский уверял староверов, что был рукоположен в городе Левске, столице Камбайско-Беловодского царства, патриархом Мелетием при царе-короле Григории Владимировиче. Но «архиепископ Аркадий» не сумел приобрести приверженцев и остался анекдотической фигурой в истории древлего благочестия[200].

Пикульский был не первым самозванцем, смущавшим староверов. В 1749 году в Стародубье объявился иеродиакон Амвросий из подмосковного Новоиерусалимского монастыря, выдававший себя то за священноинока Афиногена, то за епископа Луку, якобы находившегося при особе низложенного малолетнего императора Иоанна Антоновича.

Самозванец был разоблачен, в 1753 году бежал в Польшу, перешел в католичество, поступил на военную службу и даже женился. Скоро о нем все забыли, кроме другого авантюриста – иеромонаха Анфима, получившего от Амвросия «епископскую хиротонию». Анфиму повезло меньше, чем его самозванному предшественнику – в 1757 году казаки-некрасовцы утопили его в Днестре.

Некоторые староверы, разочарованные и утомленные безрезультатными поисками епископов, стали поговаривать о том, что надобно идти на компромисс со светскими и духовными властями и просить себе архиерея и священников от Синодальной Церкви.

Мысль просить правительство и Синод о назначении особого для староверов епископа впервые высказал инок Никодим (1745–1784) из Стародубья.

В 1768 году, еще совсем молодым человеком Никодим вместе с иноком Иоакимом и купцом Иваном Кузнецовым отправился в Грузию на поиски архиерейства.

Искать епископа за Кавказом староверам посоветовал грузинский митрополит Афанасий (Амилахвари), живший в Москве и служивший в кремлевском Архангельском соборе «ради поминовения покойных царей и великих князей, в нем похороненных».

В 1766 году старообрядцы просили Афанасия, чтобы поставил им архиерея. Но он без позволения Синода не согласился, а посоветовал, чтобы они отправились в Грузию. Там существовала своя Церковь, не зависевшая от Синода, и свой патриарх-католикос. Может быть, он согласится рукоположить епископа для староверов.

После долгих сборов старообрядческое посольство отправилось в Тифлис к патриарху Антонию I (Багратиони). Но вынуждено было повернуть назад. Екатерина II готовилась к войне с Турцией, поэтому русская армия уже заняла предгорья Кавказа. Никого из России за Кавказ не пропускали. Послы возвратились ни с чем.

Русско-турецкие войны отрезали староверов от заграничных иерархов. Были закрыты пути в Грузию и Молдавию, к болгарам и сербам. Приходилось искать епископа в России. И Никодим решил обратиться за помощью к властям.

При поддержке высокопоставленных царедворцев Петра Александровича Румянцева-Задунайского и Григория Александровича Потемкина-Таврического инок дошел до императрицы Екатерины II.

В начале 1782 года в Петербурге государыня приняла Никодима и обнадежила, что старообрядцы получат архиерея, если на этом условии присоединятся к Синодальной Церкви.

Слова императрицы воодушевили инока и его единомышленников. Они ездили по монастырям, приглашая русских епископов, живших на покое, поступить к староверам.

От имени Никодима некий саратовский купец побывал в Задонской обители у бывшего воронежского епископа Тихона (Соколова) и приглашал перейти в старообрядчество. Однако тот не дал прямого ответа.

Московские староверы ездили в Новоиерусалимский монастырь, где на покое жил бывший крутицкий епископ Сильвестр (Страгородский). Но и от него не получили прямого согласия.

Старообрядцы из Нижнего Новгорода обращались в тамошнюю Печерскую обитель, к жившему там бывшему рязанскому епископу Палладию (Юрьеву). Он также не дал решительного ответа.

Староверы из Торжка[201] ездили в новгородскую Юрьеву обитель к бывшему олонецкому епископу Иоанникию (Микрицкому). И от этого не добились ничего определенного.

Не найдя таким образом архиерея, в апреле 1783 года Никодим подал властям прошение: «Прислать при указе ея императорскаго величества из святейшаго правительствующаго Синода поставленного из великороссийской породы хорепископа[202], то есть сельскаго или слободского, которому быть не относительну до епархиальнаго архиерея, а подлежать святейшему правительствующему Синоду»[203].