Свт. Василий Великий. Творения. Ч. 3

Поэтому–то Сын есть Слово Бога, а Дух —глагол Сына. Ибо сказано: «нося всяческая глаголом силы Своея» (Евр. 1, 3). И поскольку Дух — глагол Сына, то поэтому и глагол Божий. Сказано: «меч Духа, иже есть глагол Божий» (Еф. 6, 7). Слово же Божие есть живой и действенный глагол. Но ты не унижайся до человеческих уподоблений, а везде имей высшее понятие о Боге, представляемое тебе в образец слова, принимая только за доказательство единого действования; потому что и твой ум трудится над всем при помощи слова.

Почему и Дух не Сын Сыну?

Не по тому, что Он от Бога не чрез Сына; но чтобы Троицу не почли бесконечным множеством, остановясь на той мысли, что Она имеет сынов от сынов, как бывает у людей. Но ты говоришь: если Сын —образ Бога, а Дух образ Сына: и если Сын — Слово Бога, а Дух — глагол Сына: то почему же Дух не называется сыном Сына? — И это принял ты за самое крепкое основание для своего нечестия. Ибо приказываешь разуметь Его или Сыном, или тварию. И поскольку не наименован Сыном; то поэтому хульно называешь тварью Того, Кто виновник твари, освящает и обожает тварь, прославляется именем Господа и Бога, окончательно совершает Божии действия. Итак, поскольку Он кажется тебе недостойным имени Сына, как чуждый Сыну и Отцу; то рассуди, как же Он сделает сынами Им освящаемых? Если ты сын Божий чрез Духа; то почему же Дух не может иметь сыновства? Если ты — бог чрез Духа; то почему же Дух чужд Божества? Конечно, опять спросишь: почему же не принял Он имени Сына? Не хочешь вникнуть в сказанное, и требуешь причины на несказанное, подобно саддукею, который не принимаете воскресения, но любопытствует об образе воскресения, и отвергает реченное ради нереченного. И если умолчим, не хотя быть пытливыми в том, что Божие, ты подумаешь, что уничижена тобою слава Духа Божия, потому что не дается Ему наименование сына, как будто нельзя и у тебя на то же требовать ответа. Ибо, если исповедуешь, что чрез Духа тысячи делаются сынами по присвоение; то почему же Дух не называется сыном даже по присвоению, во всяком случае будучи совершеннее тех, которые чрез Него сынополагаются по благодати? И поэтому не тем ли паче не должен Он быть унижаем ради наименования? Но мы и на это, по мере силе, дадим ответ, сами для себя; потому что для тебя достаточно нам молчать, так как на тот же вопрос обязан отвечать и ты сам. Поэтому говорим, что сказать о сыне от Сына значило бы — людей услышавших об этом навести на мысль о множестве в Троичности Божества. Ибо легко было бы сделать заключение, что как от Сына родился сын, так от сего последнего может родиться другой, а от другого еще другой, и так далее, до множества. Поэтому, что Дух от Бога, о том ясно проповедал Апостол, говоря: «прияхом Духа, иже от Бога» (1 Кор. 2, 12). А что Дух явился чрез Сына, сие Апостол соделал ясным, наименовав Его Духом Сына, как и Духом Божиим, и нарекши умом Христовым как и Духом Божиим, на подобие духа в человеке. Но он остерегся наречь Его сыном Сына. Как един Бог Отец, присно пребывающей Отцем, вечно Сый тем, чем есть, и един Сын, рожденный вечным рождением, безначально со Отцем сущей Сын истинного Бога, присно Сый тем, чем есть, Бог–Слово и Господь: так един и Дух Свитый, истинно Святый Дух, по написанному, со Отцем и Сыном спрославляемый, Который у пророка Давида именуется и «Духом уст» (Пс. 32, 6), о Котором знаем, что Он перст Божий, — знаем от Господа, сказавшего в Евангелии; «аще ли же о персте Божии изгоню бесы» (Лк. 11, 20). Вот что сказано, и сказано прекрасно, сколько нужно для тех, которые без пытливости веруют в Бога и Слово и Духа, единое Божество, единственно достопокланяемое. И никоим образом да не вводится множество, но да познается каждый в Троице единым сущим: един Отец, един Сын, един Дух Святый.

О том, что Дух, как очевидно, и без наименования Сыном есть от Бога, и о том, как подобия, взятые от человека, должно приспособлять к Божеству, не отвергая их