Таинственный мир кошек

Шаманский контракт с фараоном оказался настолько успешным (с точки зрения кошек), что вскоре это был уже не просто вопрос бритья бровей, когда кошка умерла. Если вам довелось быть жрецом, вам бы пришлось брить все тело, лицо и голову – не важно, умерла ли кошка или нет. Кроме того, несмотря на давнюю традицию, согласно которой жрецы не носили одежду, сделанную из шкур животных[85], главный жрец был обязан носить шкуру леопарда в знак своих полномочий.

Но в то время как шаманская практика может объяснить необыкновенную популярность кошек, которой они достигли в Древнем Египте, трудно понять, как они смогли пережить крах египетской культуры две тысячи лет назад. Наше предыдущее исследование жизни кошек на протяжении веков показывает, что отношения между кошками и людьми часто менялись: к кошкам проявляли любовь в одну эпоху и ненависть в другую. Древний Египет ознаменовал собой высшую точку в этих отношениях, не имеющих себе равных до сегодняшнего дня, но нет никаких доказательств того, что в настоящее время шаманская практика является причиной популярности кошек во всем мире. Необходимо изучить эпоху, которая предшествовала Древнему Египту на тысячелетия.

Доисторические кошки

Самые ранние контакты людей с кошками полностью отличаются от тех уютных отношений, которые у нас сложились с маленькими домашними кисами на сегодняшний день. Кошки появились в доисторические времена – раньше, чем настоящие люди, – и большинство этих кошек были огромными. Например, современный гепард – это бледная тень Acinonyx pardinensis, гигантского предшественника современного вида, который распространился по всей Европе и Азии в эпоху плиоцена и плейстоцена. Несмотря на то что он, по всей видимости, внешне напоминал свой нынешний аналог, он вырос до размеров африканской львицы, а его вес доходил до 150 килограммов. Более длинные ноги и более крупные сердце и легкие, видимо, позволяли ему развивать скорость, близкую к той, что развивает современный гепард.

Но гигантский гепард, вымерший во время последнего ледникового периода десять тысяч лет назад, был почти карликом по сравнению с некоторыми из крупных кошек, которые уже соседствовали с людьми. Ископаемые останки, найденные в Германии, Франции, Испании, Нидерландах и Великобритании, свидетельствуют о том, что европейский ягуар весил более 210 килограммов. Древняя разновидность льва выросла до размера сибирского тигра – крупнейшего из современных больших кошек и весила около 300 килограммов.

Ряд доисторических кошек вообще были значительно крупнее, чем сегодняшние сибирские тигры. Одна из них, Homotherium, или саблезубая кошка, обитала в разных местах в Европе, Азии, Африке и Америке, достигая веса 400 килограммов. Эти кошки охотились стаями в дневное время, и, хотя их любимой добычей были мамонты, из-за способности быстро передвигаться они, должно быть, представляли постоянную опасность для людей. Саблезубые кошки тоже вымерли в конце последнего ледникового периода.

Самая большая кошка всех времен, по крайней мере самая большая из до сих пор обнаруженных, – Panthera atrox, или американский лев. Этот монстр жил на территории от Аляски до Перу, был более 2,5 метра в длину, рост до лопаток составлял 1,2 метра, а весил он (по разным оценкам) от 350 до 500 килограммов.

Что за отношения были у человека с этими и другими гигантскими кошачьими (если они были, конечно)? То, что мы знаем о положении кошки в Древнем Египте, опирается на письменные источники. Как известно, доисторические времена представляют собой обширный временной отрезок, предшествующий изобретению письма. Но мы все равно можем извлечь важную информацию из источника, который так же по-своему надежен, как текст, хотя и в большей степени зависит от толкования. Этот источник – наскальная живопись.

В холодный день более двадцати тысяч лет назад, в том месте, где сейчас находится северо-восток Испании, одинокая фигура ползла по узкому коридору в темноте, в недоступные глубины сложной и запутанной пещеры. Она[86] была маленького роста, коренастой и плотной, завернутой во множество звериных шкур и мехов. Лицо ее было бледным и плоским, с узкими глазами, как у современных эскимосов. Она освещала свой путь плоской каменной лампой, в которой горел животный жир.

На ее шее на длинной веревке из сухожилия и кишок, которые, по всей вероятности, были извлечены из горного козла, висел амулет. В нем были палочки из древесного угля и минеральные карандаши из желтой охры, красной охры, марганца и оксида железа, а также влажная глина, несколько корней туберозы и несколько веточек, пережеванных с одного конца, чтобы получились волокнистые кисти. В другом мешочке, плотно завернутом в теплые шкуры, она несла воду в виде небольшого куска льда.