Читаем Тайны древних цивилизаций полностью

И Гектор идет на бой, а дальше происходит удивительная вещь: Гектор, великий воин, увидев Ахилла, пугается и бежит. Гомер в этом месте чрезвычайно подробен: он очень ярко описывает появление Ахилла во всем его великолепии. Он грозен как бог, в великолепных выкованных Гефестом новых доспехах. И Гектор – живой, человечный, смертный Гектор как ни один другой герой «Илиады» оказывается близок и понятен современному читателю. Он никакой не полубог (в отличие от Ахилла), он не обладает и ахилловой неуязвимостью, это очень важный персонаж в «Илиаде» – не случайно она заканчивается именно описанием похорон Гектора.

Гектор спасается бегством, а Ахилл мчится за ним, они трижды обегают вокруг Трои, и только после этого происходит схватка и Ахилл убивает Гектора. И, точно ему мало этого, он глумится над телом уже поверженного противника, что по любым меркам выглядит довольно скверно. Но надо понять такую вещь: и у древних народов, и в Средние века дополнительное глумление над телом – это не просто желание опозорить человека. Для греков, да и в Средние века, это означало, что душа убитого не обретет покоя в царстве мертвых, если он не будет правильно похоронен. И глумление Ахилла над телом Гектора, конечно, месть страшная вдвойне. Он привязывает его к своей колеснице и совершает круг вокруг Трои. А троянцы, стоя на крепостных стенах, смотрят на гибель своего главного защитника и его посмертное поругание.

Ахилл – один из самых главных персонажей всех легенд, связанных с Троей. И в последующие века его воспринимали очень по-разному: как великого героя или делая упор именно на его неуязвимость, которая все-таки ему ничем не помогает. Как прекрасного благородного воина или, особенно ближе к XX веку, как на бессердечного, холодного, жестокого бойца – воплощение войны, машину для убийства. Все это присутствует в «Илиаде», каждый может выбрать оттуда то, что ему ближе.

Затем Ахилл возвращается в свой шатер, приказывает бросить тело Гектора на съедение собакам и погружается в свою скорбь. А ночью, под покровом тьмы, троянский царь Приам пробирается в шатер Ахилла, падает перед ним на колени, целует руки, убившие его сына, и умоляет отдать ему тело Гектора. И Ахилл (бессердечный, холодный, яростный Ахилл) плачет вместе с Приамом. Приам оплакивает Гектора, неизбежную судьбу Трои, и призывает Ахилла подумать о его собственном отце Пелее, который надеется увидеть сына живым. А Ахилл оплакивает Патрокла и себя самого, а возможно, и всех павших в этой бойне, и отдает тело Гектора отцу. В пользу этого акта последнего милосердия выступают и сами боги – несколькими десятками стихов ранее Зевс повелел Фетиде убедить Ахилла отдать Приаму тело, и та исполнила его волю.

Сюжет, если мы говорим об «Илиаде», на этом практически заканчивается, – кроме оплакивания погибших остается немногое. Есть описание рейда Одиссея и Диомеда, рассказ о многочисленных обрядах, совершаемых на похоронах Патрокла. Но, собственно, все. Вроде бы, мы и не знаем, что будет дальше. Все герои знают, что Трое суждено пасть, и срок предопределен – вскоре после гибели Ахилла. Ахилл теперь скоро тоже погибнет, потому что Гектор уже убит. Но ничего этого Гомер нам не показывает. Есть небольшое ответвление сюжета: ахейцам предсказано, что им не будет победы, пока они не вернут и не возьмут в войско одного из своих спутников, Филоктета, который по дороге был ранен ядовитой стрелой и страдал от незаживающей, зловонной раны, а потому оставлен ахейцами на отдаленном острове. За ним отправляются, привозят под Трою, излечивают его. Но исполнение этого пророчества тоже остается за пределами «Илиады».

Троянцы возлагают огромные надежды на Афину и дарят ей прекрасное покрывало – «покров, величайший, прекраснейший всех из хранимых в царском дому», но она не принимает их жертвы, она отворачивается от них. И символом утраты благосклонности богины будет в «Илиаде» история о том, как Одиссей и Диомед похищают святыню Афины – палладий, ее деревянное скульптурное изображение. Точно сама богиня покидает обреченный город. А дальше по совету Одиссея ахейцы оставляют у стен Трои огромного коня, а сами делают вид, что уплывают. Обрадованные троянцы выбегают за городские стены. Кого боги хотят погубить, они лишают разума. Троянцы не слушают голоса Кассандры, которая уговаривает всех оставить в покое этого коня. Жрец Лаокоон убеждает всех и говорит: «Бойся данайцев, дары приносящих», – и ударяет по коню копьем. Изнутри, где сидит отряд во главе с Одиссеем, слышен звон оружия[27]. Но боги уже хотят гибели троянцев, и троянцы не слышат этого звона. А из моря выплывают огромные змеи. Змеи душат его, двух его сыновей, которые пытаются его спасти. И все троянцы говорят: «Вот боги на него разгневались за то, что он говорил». Но боги гневаются потому, что он пытался предупредить уже обреченный ими на гибель народ. После чего они втаскивают коня, разбирая кусок стены, чтобы его втащить. Начинают пировать, и тут в ночи отряд вылезает из коня. Корабли ахейцев возвращаются, и Троя оказывается захваченной.

Перейти на страницу:

Все книги серии Уроки истории

Хроника белого террора в России. Репрессии и самосуды (1917–1920 гг.)
Хроника белого террора в России. Репрессии и самосуды (1917–1920 гг.)

Поэтизируя и идеализируя Белое движение, многие исследователи заметно преуменьшают количество жертв на территории антибольшевистской России и подвергают сомнению наличие законодательных основ этого террора. Имеющиеся данные о массовых расстрелах они сводят к самосудной практике отдельных представителей военных властей и последствиям «фронтового» террора.Историк И. С. Ратьковский, опираясь на документальные источники (приказы, распоряжения, телеграммы), указывает на прямую ответственность руководителей белого движения за них не только в прифронтовой зоне, но и глубоко в тылу. Атаманские расправы в Сибири вполне сочетались с карательной практикой генералов С.Н. Розанова, П.П. Иванова-Ринова, В.И. Волкова, которая велась с ведома адмирала А.В. Колчака.

Илья Сергеевич Ратьковский

Документальная литература
«Черта оседлости» и русская революция
«Черта оседлости» и русская революция

Владимир Иванович Бояринцев — ученый, писатель и публицист, автор более двухсот книг, посвященных прошлому и настоящему России. Новая книга ученого посвящена выявлению корней еврейского радикализма, сыгравшего немаловажную роль в революционном движении начала ХХ века в России. Гнезда терроризма, утверждает автор, формировались в «черте оседлости». Бунд — Всеобщий еврейский рабочий союз в Литве, Польше и России — поощрял политические убийства. Партийные лидеры создали культ динамита и револьвера, окружили террориста героическим ореолом, и, как следствие, насилие приобрело притягательную силу для еврейской молодежи, составлявшей большую часть анархических организаций.Отдельное внимание в книге уделено деятельности «купца революции» — Александра Парвуса, создавшего теорию «перманентной революции», активно пропагандируемую впоследствии Львом Троцким.

Владимир Иванович Бояринцев

Публицистика
США во Второй мировой войне. Мифы и реальность
США во Второй мировой войне. Мифы и реальность

В книге, ставшей мировым бестселлером и впервые публикуемой на русском языке, канадский историк Жак Р. Пауэлс анализирует подлинную роль и цели США во Второй мировой войне и открыто отвечает на неудобные вопросы: руководствовался ли Вашингтон гуманистическими мотивами, выступая против нацистской Германии, как это принято считать за океаном, и почему многие влиятельные американцы сотрудничали с фашистскими режимами, а по окончании войны столь снисходительно отнеслись к преступникам? Чем объясняются «кровавый провал» наступления на Дьепп в августе 1942 года и печально известная бомбардировка Дрездена? Почему до сих пор на Западе и в США так мало известно о битве под Москвой в декабре 1941 года и начале контрнаступления Красной армии, а высадка союзников в Нормандии 1944 года восхваляется как сокрушительный удар по нацистской Германии? И что на самом деле заставило союзников открыть второй фронт?Автор проводит весьма убедительные аналогии между отношением американцев к «самой хорошей войне за всю историю» страны и к борьбе с терроризмом, развернувшейся после трагических событий 11 сентября 2001 года, объявленных «новым Перл-Харбором», между растиражированными клише об идеалистичных целях американцев во Второй мировой войне и их миротворческой миссией на Ближнем Востоке… История повторяется.

Жак Р. Пауэлс

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература

Похожие книги

Адмирал Ее Величества России
Адмирал Ее Величества России

Что есть величие – закономерность или случайность? Вряд ли на этот вопрос можно ответить однозначно. Но разве большинство великих судеб делает не случайный поворот? Какая-нибудь ничего не значащая встреча, мимолетная удача, без которой великий путь так бы и остался просто биографией.И все же есть судьбы, которым путь к величию, кажется, предначертан с рождения. Павел Степанович Нахимов (1802—1855) – из их числа. Конечно, у него были учителя, был великий М. П. Лазарев, под началом которого Нахимов сначала отправился в кругосветное плавание, а затем геройски сражался в битве при Наварине.Но Нахимов шел к своей славе, невзирая на подарки судьбы и ее удары. Например, когда тот же Лазарев охладел к нему и настоял на назначении на пост начальника штаба (а фактически – командующего) Черноморского флота другого, пусть и не менее достойного кандидата – Корнилова. Тогда Нахимов не просто стоически воспринял эту ситуацию, но до последней своей минуты хранил искреннее уважение к памяти Лазарева и Корнилова.Крымская война 1853—1856 гг. была последней «благородной» войной в истории человечества, «войной джентльменов». Во-первых, потому, что враги хоть и оставались врагами, но уважали друг друга. А во-вторых – это была война «идеальных» командиров. Иерархия, звания, прошлые заслуги – все это ничего не значило для Нахимова, когда речь о шла о деле. А делом всей жизни адмирала была защита Отечества…От юности, учебы в Морском корпусе, первых плаваний – до гениальной победы при Синопе и героической обороны Севастополя: о большом пути великого флотоводца рассказывают уникальные документы самого П. С. Нахимова. Дополняют их мемуары соратников Павла Степановича, воспоминания современников знаменитого российского адмирала, фрагменты трудов классиков военной истории – Е. В. Тарле, А. М. Зайончковского, М. И. Богдановича, А. А. Керсновского.Нахимов был фаталистом. Он всегда знал, что придет его время. Что, даже если понадобится сражаться с превосходящим флотом противника,– он будет сражаться и победит. Знал, что именно он должен защищать Севастополь, руководить его обороной, даже не имея поначалу соответствующих на то полномочий. А когда погиб Корнилов и положение Севастополя становилось все более тяжелым, «окружающие Нахимова стали замечать в нем твердое, безмолвное решение, смысл которого был им понятен. С каждым месяцем им становилось все яснее, что этот человек не может и не хочет пережить Севастополь».Так и вышло… В этом – высшая форма величия полководца, которую невозможно изъяснить… Перед ней можно только преклоняться…Электронная публикация материалов жизни и деятельности П. С. Нахимова включает полный текст бумажной книги и избранную часть иллюстративного документального материала. А для истинных ценителей подарочных изданий мы предлагаем классическую книгу. Как и все издания серии «Великие полководцы» книга снабжена подробными историческими и биографическими комментариями; текст сопровождают сотни иллюстраций из российских и зарубежных периодических изданий описываемого времени, с многими из которых современный читатель познакомится впервые. Прекрасная печать, оригинальное оформление, лучшая офсетная бумага – все это делает книги подарочной серии «Великие полководцы» лучшим подарком мужчине на все случаи жизни.

Павел Степанович Нахимов

Биографии и Мемуары / Военное дело / Военная история / История / Военное дело: прочее / Образование и наука
100 знаменитых памятников архитектуры
100 знаменитых памятников архитектуры

У каждого выдающегося памятника архитектуры своя судьба, неотделимая от судеб всего человечества.Речь идет не столько о стилях и течениях, сколько об эпохах, диктовавших тот или иной способ мышления. Египетские пирамиды, древнегреческие святилища, византийские храмы, рыцарские замки, соборы Новгорода, Киева, Москвы, Милана, Флоренции, дворцы Пекина, Версаля, Гранады, Парижа… Все это – наследие разума и таланта целых поколений зодчих, стремившихся выразить в камне наивысшую красоту.В этом смысле архитектура является отражением творчества целых народов и той степени их развития, которое именуется цивилизацией. Начиная с древнейших времен люди стремились создать на обитаемой ими территории такие сооружения, которые отвечали бы своему высшему назначению, будь то крепость, замок или храм.В эту книгу вошли рассказы о ста знаменитых памятниках архитектуры – от глубокой древности до наших дней. Разумеется, таких памятников намного больше, и все же, надо полагать, в этом издании описываются наиболее значительные из них.

Елена Константиновна Васильева , Юрий Сергеевич Пернатьев

История / Образование и наука
Лжеправители
Лжеправители

Власть притягивает людей как магнит, манит их невероятными возможностями и, как это ни печально, зачастую заставляет забывать об ответственности, которая из власти же и проистекает. Вероятно, именно поэтому, когда представляется даже малейшая возможность заполучить власть, многие идут на это, используя любые средства и даже проливая кровь – чаще чужую, но иногда и свою собственную. Так появляются лжеправители и самозванцы, претендующие на власть без каких бы то ни было оснований. При этом некоторые из них – например, Хоремхеб или Исэ Синкуро, – придя к власти далеко не праведным путем, становятся не самыми худшими из правителей, и память о них еще долго хранят благодарные подданные.Но большинство самозванцев, претендуя на власть, заботятся только о собственной выгоде, мечтая о богатстве и почестях или, на худой конец, рассчитывая хотя бы привлечь к себе внимание, как делали многочисленные лже-Людовики XVII или лже-Романовы. В любом случае, самозванство – это любопытный психологический феномен, поэтому даже в XXI веке оно вызывает пристальный интерес.

Анна Владимировна Корниенко

История / Политика / Образование и наука
Облом
Облом

Новая книга выдающегося историка, писателя и военного аналитика Виктора Суворова — вторая часть трилогии «Хроника Великого десятилетия», грандиозная историческая реконструкция событий 1956-1957 годов, когда Никита Хрущёв при поддержке маршала Жукова отстранил от руководства Советским Союзом бывших ближайших соратников Сталина, а Жуков тайно готовил военный переворот с целью смещения Хрущёва и установления единоличной власти в стране.Реконструируя события тех лет и складывая известные и малоизвестные факты в единую мозаику, автор рассказывает о борьбе за власть в руководстве СССР, о заговоре Жукова и его соратников против Хрущёва, о раскрытии этого заговора благодаря цепочке случайностей и о сложнейшей тайной операции по изоляции и отстранению Жукова от власти.Это книга о том, как изменялась система управления страной после отмены сталинской практики систематической насильственной смены руководящей элиты, как начинало делать карьеру во власти новое поколение молодых партийных лидеров, через несколько лет сменивших Хрущёва у руля управления страной, какой альтернативный сценарий развития СССР готовился реализовать Жуков, и почему Хрущёв, совершивший множество ошибок за время своего правления, все же заслуживает признания за то, что спас страну и мир от Жукова.Книга содержит более 60 фотографий, в том числе редкие снимки из российских и зарубежных архивов, публикующиеся в России впервые.

Вячеслав Низеньков , Дамир Карипович Кадыров , Константин Николаевич Якименко , Юрий Анатольевич Богатов , Константин Якименко

История / Приключения / Современная русская и зарубежная проза / Фантастика / Ужасы