Тайны русской империи

Появление таких понятий, как Малая Русь, Великая Русь, малорус, великорус и т.п., надо относить ко временам после татарского нашествия. Единая Русь была расчленена врагом на Русь Северную, Владимире- Суздальскую, преобразовавшуюся позже в Московскую, и на Русь Юго-Западную — Галицко-Волынскую, вошедшую затем в Русско-Литовское государство, а после унии Литвы с Польшей — в Речь Посполитую. Но при этом жизнь церковная и политическая расчлененных частей единой Руси не прекратилась. Церковная власть Константинопольского патриархата над Русской православной церковью, которая тогда существовала как епархия этой патриархии, признавалась как в Северной Руси, так и в Юго-Западной. Продолжали существовать и политические сношения обеих частей Руси с византийским императором. Необходимость общения с раздробленной на две части Русью заставила византийских церковных и государственных деятелей в своих письменных документах различать одну Русь от другой, дав каждой определенное наименование. Византийцы применили готовые географические термины классической древности: страна Малая и страна Великая. Эти географические термины обозначают то, что Малой землей называют первоначальную метрополию какого-нибудь народа, а Великой — земли, колонизированные из этой метрополии этим же народом.

В греческом произношении «у» заменялось «о», и поэтому русский народ византийцы называли Росс или россами, а нашу страну — Россией. Исхода из этого, византийские ученые мужи называли Галицко-Волынскую, Киевскую Русь — Малой, а Русь Северную, Владимиро-Суздальскую, Московскую — Великой. Через русских книжных людей эта терминология проникла на Русь и стала естественной как в Малой, так и в Великой Руси. Таким образом, исторические понятия малоросс, Малороссия, великоросс, Великороссия достались нам от Византийской империи как культурное достояние.

Теперь перейдем к историческим корням «украинства». Откуда же появились «украинцы» и «Украина» на месте исторических названий «малоросс» и «Малороссия»?

Начнем с того, что слово «украйна», «украинный» в русских летописях встречается только в значении пограничных, окраинных земель, а не как земли, населенной неведомым «украинским» народом. Слово «украйна» — лишь другая форма слова «окраина».

Исследователи «украинства» относят появление слова «украйна», в значении имени собственного, а не нарицательного, к концу XVII века, когда после Переяславской рады 1654 года и «вечного мира» Русского государства с Польшей, заключенного в 1686 году (по которому Левобережная Малороссия с Киевом отошла в вечное владение Русского государства), поляки поняли, какую реальную опасность несет единоверие и единоплеменность жителей польских украин и Русского государства. Стремясь подавить желание русских людей, живущих в Польше, воссоединиться с Русским государством, польские ученые все свои усилия направляли на доказательство того, что в Польше нет русских, а есть особая «украинская» национальность. В историографии наиболее распространено мнение о польском влиянии в деле отторжения Малороссии от России и формирования украинофильского движения.

Суммируя эти мнения, можно повторить вслед за одним из исследователей этого вопроса, что поляки «взяли на себя роль акушерки при родах украинского национализма и няньки при его воспитании».

Миф о запорожском казачестве. Но это лишь часть правды. Немаловажную роль в формировании «украинства» сыграл миф о запорожском казачестве, которое одни «украинские историки» сравнивают со «средневековыми рыцарскими орденами», а другие полагают «носителями идеи народовластия с его началами всеобщего равенства, выборности должностей и абсолютной свободы». Оба положения ни на чем не основаны, кроме как на подложных источниках типа «Истории Русов».

Жизнь запорожского казачества никак не была похожа ни на рыцарскую, ни на крестьянскую. Казачество было порождено степью — разбойной вольницей. Важным этапом стал «реестр казаков», введенный Речью Посполитой, то есть взятие на польскую службу ограниченного числа казаков. Введение реестра сыграло большую роль в формировании казацкого «протоукраинского» самосознания.

Реестровое казачество, его старшины, в XVII столетии стремились ополячиться; но при всем своем желании они не могли стать равноправными «шляхтичами», что порождало в казачестве желание вооруженным путем добиться равноправия с польским дворянством. Участие казачьих старшин в движении Богдана Хмельницкого было направлено именно на достижение этой цели. Национально-освободительным оно было для малорусского православного мужика, который желал покончить с польским католическим и еврейским гнетом. Верхушка же казачества имела другие планы. Она желала жить в Речи Посполитой и иметь права польского дворянства — отсюда непоследовательность и даже предательство казачьих старшин во время освободительной войны середины XVII века.