Тайный фронт. Операция «Большая птица»

– Тогда я вам сейчас представлю Андрея. Это мой ближайший помощник во всех… как это сказать… щекотливых или, по-вашему, грязных операциях. Он теперь будет в постоянном контакте с вами. Андрей отвечает за вашу безопасность. Его позывной – «Мастер».

Вошел среднего роста, широкоплечий, с мощной шеей, кривоногий боец в мультикаме – стальные глаза, большой нос, поломанные борцовские уши. Представился:

– Мастер.

– Яцек.

Саймон поморщился от крепкого рукопожатия.

Утром знакомились с группой Мастера. Все были под стать командиру: невысокие, коренастые, чрезвычайно подвижные, с затаенной пугающей силой. Общий язык нашли быстро. Некоторое время ушло на отработку условных сигналов, взаимодействий, подгонку снаряжения, пристрелку оружия. Украинские спецназовцы проявляли к Саймону сдержанное уважение. Он понимал почему. Это гражданские могут пускать пыль в глаза, рассказывая о своих подвигах и победах. В спецназе не заслужишь доверия, пока не проявишь себя в реальной боевой ситуации. И, конечно, худощавый англичанин отличался от широких, коренастых бойцов Мастера.

Спустя несколько дней, группа погрузилась на три инкассаторских джипа и выдвинулась в сторону Артёмовска.

Блокпост сепаратистов объехали через поля и медленно подкатили кЗайцево. Красно-белый шаровидный локатор виделся издалека.

– Первая машина – в прикрытие! – скомандовал Мастер из второго «джипа». Саймон сидел сзади командира. Подъехали к зданию РЛК. Возле него загорали четверо повстанцев. Полуодетые, сморенные летним солнышком и вчерашней водкой, они вставали в развалку, поднимали оружие.

– Шо надо? – крикнул старший.

– Вы кто такие? Это что за расхлябанность! Почему не по форме! Сколько вас? – отрывисто спрашивал Мастер, выйдя из машины. Саймон и остальные вышли следом. Третий «джип» заехал и стал справа от охранников. Бойцы выскользнули и встали под прикрытием автомобиля. Сепаратисты стушевались. Все спецназовцы группы Мастера были одеты в российский камуфляж.

– Да вот, – сепаратист махнул стволом автомата, – все мы четверо тут. Вся смена., – потом ухмыльнулся, – Да какая форма… не придумали еще. Тем более… – он не договорил, ойкнул и, сраженный несколькими пулями, стал оседать. Его товарищи удивленно смотрели на упавшего командира. Лязгнули затворы бесшумного оружия, и через несколько секунд всё было кончено. Саймон и боец с позывным «Рэмбо», достали гранатометы и одновременно выстрелили в шар-обтекатель антенны локатора. Два взрыва слились в один.

– Отходим! – крикнул Мастер.

Спецназовцы прыгнули по машинам и «джипы рванулись с места.

Пока тряслись по разбитой дороге, Саймон оглядывал бойцов. Все ехали молча, каждый внимательно наблюдал за своим сектором. Мастер делал запросы по рации, проверяя обстановку. Лица у всех были спокойно сосредоточенные. Уже на базе Саймон всматривался в соратников, ожидая реакции на удачно проведенную операцию, но все вели себя так, словно скатались на стрельбище, отработали учебное задание и вернулись. Англичанин вспомнил работу американской «дельты» в Афганистане. Они захватывали одного из лидеров талибов. Десять спецназовцев, один моджахед – всё произошло секунд за двадцать, даже без стрельбы. Зато на базе им устроили такую овацию, будто захвачен сам Бен Ладен. Бойцы возбужденно кричали «Гуд джоб!» и поздравляли друг друга.

В следующие несколько дней Саймон выходил с группой на операцию по похищению одного из командиров сепаратистов. Действовали в самом Донецке. С первого раза не получилось, из города выходили с боем. И снова это спокойное, будничное обсуждение – анализ результата и хладнокровные выводы. Англичанин дивился профессионализму украинцев, перенося их поведение на всех русских. Конечно, они были похожи на спецназовцев других стран: такие же грубые шутки, облик, отношение к опасности и любовь к оружию. То же братство и ощущение элитарности. Но было ещё что-то. Что-то неуловимое… во взгляде, движениях, манере говорить. Что-то твердое, уверенное, безжалостное. Саймон помнил наставления своего руководителя и не сближался ни с кем.

Через месяц, как и планировалось, приехали два американца. Начался следующий этап операции «большая птица». Прибывшие парни из ЦРУ взяли руководство в свои руки. Старший представился Джоном. Невысокий, полноватый, светловолосый, он хорошо говорил по-русски и прекрасно ориентировался в боевой обстановке. Неплохо знал местность. Говорил, что родился в Донецке, и громко хохотал. Был веселым и общительным. Второй –высокий, крупный, с выпирающими мускулами, черноволосый, с индейскими чертами лица, назвался Смитом. Говорил только на английском, определил себя как «эксперта по вооружению», но все поняли, что он – телохранитель Джона. Саймона американцы восприняли как бойца группы Мастера, с именем Яцек. Переубеждать их не стали. Тем более что Саймон после операции в Зайцево жил на базе у спецназовцев.

Четырнадцатого июля Джон собрал группу на брифинг: