Так кто же развалил Союз?

Ельцин напомнил о своем недавнем решении прекратить финансирование союзных министерств, кроме трех — Министерства обороны, МПС и Министерства атомной энергетики.

Наконец, Ельцин заверил слушателей: в условиях, когда в Союзе нарастают «центробежные тенденции», приходится думать о защите «экономического суверенитета» России — в частности, от возможной рублевой интервенции со стороны республик в случае введения ими национальных валют.

Здесь уже как бы предугадывалось: возможно, экономическую жизнь России придется налаживать, экономические реформы проводить в отдельности от других республик, — если Союз все-таки развалится, фактически развалится. То есть излагалась та самая идея, о которой шла речь в «Меморандуме Бурбулиса».

«Объективно Союза уже нет»

26 октября 1991 года я беседовал с Геннадием Бурбулисом. Разговор происходил в Белом доме в комнате отдыха, примыкающем к кабинету госсекретаря. Подробно говорили о ситуации в стране.

Я спросил моего собеседника, скоро ли наступит момент, когда Россия решится заявить о своей независимости и выйти из Союза.

− Или она будет терпеливо дожидаться своей последней очереди после Туркмении? — добавил я.

− Наша позиция такова, — сказал Бурбулис, — мы сделаем все, чтобы переговоры, имеющие целью создать новое содружество, прошли плодотворно. Сейчас делается попытка создать Союз Суверенных Государств в режиме конституционного государства. Тем самым нас возвращают к старым формам существования. Мы против этого. Мы за Союз Суверенных Государств, в котором Россия была бы полноценным, независимым, дееспособным и достойным государством.

Короче говоря, ССГ «в режиме конституционного государства» российское руководство не устраивает (а Бурбулис в этом руководстве был тогда фактически вторым человеком). Я продолжаю допытываться, готов ли президент и его окружение выйти из Союза, занять по отношению к нему такую же отстраненную позицию, как Украина.

− Объективно Союза уже нет, — отвечает Бурбулис. — Существует некая юридическая конструкция в лице президента СССР, в лице этих новых образований переходного периода… Поэтому есть два варианта: либо мы будем иметь новый Союз, который на равных правах формируют независимые полноценные государства, — мы за такой Союз, — либо мы будем существовать без такого Союза.

Республики разбегаются

Последней, 27 октября, о своей независимости объявила-таки Туркмения.

В принципе, наверное, здесь бы и можно было поставить точку: если все республики, входящие в состав страны — за исключением России (та 12 июня 1990 года заявила лишь о суверенитете), — стали независимыми от этой страны, то, по всем законам логики, страны больше нет. Однако каким-то непостижимым образом, хоть и в общипанном виде, страна все же продолжала существовать еще почти два месяца, причем все это время продолжалась яростная борьба за ее жизнь.

Россия самостоятельно начинает экономические реформы

28 октября с трибуны V съезда народных депутатов РСФСР Ельцин выступил с обращением к народам России и к съезду. Заявил о своей решимости «безоговорочно встать на путь глубоких реформ» и попросил о поддержке.

− Положение напряженное, — сказал Ельцин. — Трудно с продовольствием, товарами первой необходимости. На грани разрушения финансовая система. Инфляция достигла критической точки. 55 процентов семей живут ниже черты бедности. Обстановка не улучшается…

Главная причина такого положения — многолетнее владычество коммунистов.

− Нам досталось тяжелое наследство. Только после распада Центра полностью раскрылась бездна, в которой оказалась экономика — промотанный золотой запас, исчерпанные валютные резервы, долги. Кризис достиг той фазы, когда только быстрые и решительные меры могут спасти ситуацию.

Но при этом в стране — «паралич власти».

Досталось от Ельцина союзным властям. «Консервативный Центр», «репрессивная система управления», «бюрократический пресс» — вот лишь некоторые характеристики, которые он им дал.

После путча политика российских властей меняется:

− Надо сказать откровенно — [до путча] мы исходили из того, что, пробивая реформы, предстоит длительное противостояние сильному Центру и на этом строили всю свою политику. Целый год каждый маленький шаг, даже попытку шага приходилось отвоевывать. После поражения путча такая линия изжила себя.

Ну да, Центр обессилел, теперь воевать с ним не требуется, ему можно диктовать свою волю.

Ельцин предупредил, что с 1 ноября, то есть через три дня, Россия прекращает финансировать союзные министерства и другие учреждения Центра, существование которых не оговорено Договором об экономическом сообществе.

А какие органы и учреждения там оговорены? Это Совет глав правительств — членов Экономического сообщества, Межгосударственный экономический комитет, Банковский союз, Арбитраж Экономического сообщества. Немного, прямо скажем. Но и они не имеют к Союзу никакого отношения.

При этом всем межгосударственным органам Ельцин отводил ЛИШЬ КОНСУЛЬТАТИВНО-КООРДИНИРУЮЩУЮ РОЛЬ.