Так кто же развалил Союз?

В этот же день, 19 октября, Ельцин уехал в отпуск, как бы говоря, что очередной раунд его противостояния с Горбачевым закончен, он, Ельцин, умывает руки и более ничего хорошего от «президентской рати» не ожидает.

Возможно, именно в этот момент Ельцин окончательно пришел к выводу, что с Горбачевым «каши не сваришь», что он не готов к серьезному реформированию экономики, к реформированию страны в целом, а потому надо действовать без него и вопреки ему.

Одним из ключевых моментов в процессе распада СССР считал отказ Горбачева от программы «500 дней» Егор Гайдар, с которым мы беседовали в апреле 2009 года (это была последняя наша встреча).

− Возможность распада Советского Союза, — сказал тогда Гайдар, — начала обсуждаться в наших внутренних дискуссиях где-то с 1988 года. Но я тогда еще считал, что Советский Союз в каком-то трансформированном виде будет сохранен. То, что его сохранить, по всей видимости, не удастся, для меня стало абсолютно ясно по состоянию на 22 августа 1991 года. Но в значительной степени это стало казаться невероятным еще раньше — после того как Михаил Сергеевич Горбачев отказался от союза с Борисом Николаевичем Ельциным в реализации программы «500 дней».

Понимал ли сам Горбачев, к каким драматическим последствиям ведет этот его отказ? Не думаю. В конце концов он не был экономистом, не в состоянии был вникать в детали, а его советники-академики не подавали сигналов тревоги. Напротив, они достаточно охотно брались выполнять его задание — соединить две разные программы, найти компромиссный вариант, словно бы не понимая, что компромисс тут невозможен.

А вот в наличии тонкого чутья политика, четко угадывающего, откуда исходит опасность для его власти, Горбачеву было не отказать.

Катастрофа всё ближе

«Первый заместитель председателя Госкомстата СССР И. Погосов пишет в Совет Министров СССР (26 ноября 1990 года), что дефицит товаров становится все более острой проблемой, ажиотажный спрос усиливается. Растущие покупки товаров — ответная реакция потребителей на обесценивание рубля. Он обращает внимание на то, что положение со снабжением населения усугубляется начавшимся со второй половины 1990 года сокращением импорта… ЗА АВГУСТ — ОКТЯБРЬ В РАЗРЯД ДЕФИЦИТА ПОПАЛИ ПРАКТИЧЕСКИ ВСЕ ВИДЫ ПРОДОВОЛЬСТВИЯ (выделено мной. — О.М.) Население испытывает трудности в приобретении мяса, мясопродуктов даже по повышенным ценам в кооперативных магазинах. Ускорился рост цен колхозного рынка… В СЕРЕДИНЕ 1990 ГОДА ИЗ 160 ТОВАРОВ ХОЗЯЙСТВЕННОГО НАЗНАЧЕНИЯ В СВОБОДНОЙ ПРОДАЖЕ НЕ БЫЛО НИ ОДНОГО (выделено мной. — О.М.)»

СОЛЖЕНИЦЫН: «КАК НАМ ОБУСТРОИТЬ РОССИЮ?»

Трагический итог коммунистического семидесятилетия

18 сентября «Комсомольская правда» опубликовала обширную статью Солженицына «Как нам обустроить Россию? Посильные соображения». Огромным, многомиллионным тиражом. В этот же день она была напечатана и в «Литературной газете», где я тогда работал (а завершена статья была, как помечает автор, в июле 1990 года). На своем своеобразном, как бы народном, как бы старокрестьянском языке писатель, еще не вернувшийся тогда из США, из Вермонта, излагал свои мысли о прошлом, настоящем и будущем Союза и России (меня всегда удивлял этот вычурный язык, эти противоречащие вкусу словесные выкрутасы литературного классика, который лучше, чем кто бы то ни было, должен бы чувствовать слово; ну да ладно, речь сейчас не об этом).

Основной посыл, помещенный в самом начале статьи: «Часы коммунизма — свое отбили. Но бетонная постройка его еще не рухнула. И как бы нам, вместо освобождения, не расплющиться под его развалинами».

Печальное настоящее, сложившееся в результате семидесятилетнего коммунистического прошлого, таково: