Тамбу-ламбу. Три звонка

Прошло целых два месяца, а он всё-всё прозевал. И не знал, что рядом с ним за партой сидит девочка, которая могла бы его попросить принести дяде Диму из библиотеки книги, и Володя мог бы их носить ему каждый день.

Бабушка говорила про книги, а Володя думал о себе. У Володи было чувство, точно у него за пазухой сидит котёнок, который царапается, острыми коготками.

— Ты думаешь, мне легко? — спросил Пётр Петрович, когда они говорили про фиаско на кружке. — Мне, брат, тоже трудно признать свою ошибку. Но я, видишь, поборол своё малодушие! — И Пётр Петрович, взъерошив Володьке волосы, сказал доверительно: — Важно решиться.

И Рогов решился.

Жестокий человек

Володя Рогов стоял перед Шурой, не поднимая глаз.

— Я жестокий человек, меня нельзя оскорбить, — повторял он и наподдавал ногой камешек. Наподдавал так упорно, будто это ему было очень важно и необходимо.

— Ты говоришь какую-то чепуху, — просто ответила Шура. — Ты всё чего-то придумываешь, а я совсем не хочу с тобою ссориться.

Рогову было не по себе, он понимал, что всё то, что он только что говорил, действительно чепуха — и про жестокого человека, и про то, что Шура хочет его оскорбить.

Всё это он где-то вычитал, уже не помнит где.

Ему нужно было поговорить с Шурой Проценко давно, но он ничего не мог с собою поделать. После того дня, когда он узнал, что капитан Проценко живёт с ним в одном доме, на одной лестнице, только тремя этажами ниже, Володя потерял покой.

Сколько раз он останавливался перед заветной дверью! Вот нажать бы кнопку звонка, перешагнуть через порог… Но это невозможно, за этой дверью живёт Шура. Она не ссорилась и даже не дралась с ним. Больше того: Шура даже выполнила пионерское поручение без всяких возражений. Она написала заметку в стенгазету о том, как работает драмкружок. Поручение для Шуры было не такое простое, она знала роль королевы назубок, но играла королеву не она, королеву играла Наташа Левашко. Шуре же досталась роль придворной дамы, у которой было совсем немного слов. Правда, Шура с удовольствием произносила реплику: «Наша королева, от неё всего можно ожидать! Это такая невоспитанная девчонка! Зимой ей нужны подснежники, а летом понадобятся сосульки!» Произносила с удовольствием, но всё равно ей очень хотелось играть королеву. И всё же она написала хорошую заметку и похвалила Наташу!

А вот Рогов не мог забыть, как он написал про Шуру на промокашке: «Дура», как она смеялась, когда он разделил парту пополам перьями. Да мало ли что мешало ему с нею помириться! Если он будет говорить с Шурой просто, так же, как с другими, она может подумать: «Помирился со мною потому, что мой дядя капитан». Вот что волновало Володю Рогова.

— Ты просто глупый человек, если так думаешь! — рассердилась Шура.

И Володя вдруг обрадовался:

— Ты не обижаешься?

— Конечно, нет, — ответила Шура. — Неужели ты думаешь, что я могу обижаться тысячу лет?

Значит, Шура на него не сердится и он может с нею говорить просто, как сам с собою, ничего не придумывая! Но всё же он спросил, не жаловалась ли она на него дяде.

— Не всегда, — созналась Шура. — Я только два раза пожаловалась. Знаешь когда? Когда ты хотел отколотить Коршунова и отнять у него шарик и когда подумал, что я спишу у тебя ответ.

Только два раза. Значит, она не рассказала капитану про экстренный сбор! Наверно, если бы в октябре, холодном, дождливом, цвели подснежники, Володя нарвал бы ей целую охапку маленьких синих цветов.

— Ты не рассказала про сбор? — повторил он.

— Нет, разве я могла…

«Она молодец!» — похвалил Володя Шуру, только молча, про себя. А вслух он спросил про другое:

— Что же сказал капитан, когда ты жаловалась про Коршунова?

— Он сказал, что тебе надо было дать хорошенько сдачи! — засмеялась Шура.

Володя помрачнел и отбросил камешек так далеко, что его уже, наверно, не найдёшь в побуревшей траве, подёрнутой инеем.

— Вот видишь! — сказал он. — А я ему послал телеграмму: «Здравствуйте!»

— Так это твоя телеграмма? Володька, ты чудак, почему же в ней нет ни адреса, ни фамилии? Только одно слово!

Они смеялись до самого дома и повторяли на разные лады: «Здравствуйте! Здравствуйте!» На лестнице Шура сказала опять:

— Приходи к нам!

— Когда? — спросил Володя.

— Сейчас.

Сейчас! Будто это так просто.

— Я приду! — крикнул Володя сверху. — Когда выучу уроки!

Но Шура не ответила ему. Володя услыхал только, как внизу, на третьем этаже, хлопнула дверь.

Кораблик без мачты

Сегодня у Володи большая радость: к ним первый раз на новую квартиру приехала бабушка. В праздничном платье, она сидела в Володином уголке и рассматривала его тетрадь по рисованию. Она очень обрадовалась Володе.

— Ты сегодня задержался, — сказала она, — Было много уроков?

— Нет, — сказал Володя, — я просто гулял.

Если бабушку видишь редко, рассказать ей хочется очень много.

Пока бабушка с Володей разговаривали, мама несколько раз прибегала из кухни. Она всё извинялась, у неё всё время что-то кипело или пригорало.

— Вы, я вижу, здесь без меня не скучаете, — заметила мама.