Тамбу-ламбу. Три звонка

— Господи! Опять Вальку одну оставили! — закричала низенькая.

Она вбежала в соседнюю квартиру и, шлёпая по воде тёплыми тапочками, схватила девочку на руки. Дверь оставалась ещё открытой; толстая соседка побежала с девочкой на руках, наверно, прямо на кухню, где лилась вода.

— Мальчик! Мальчик! — закричала она оттуда, — Беги скорее в домоуправление… Кран-то свернулся, его никак не закроешь.

— А где домоуправление? — закричал Серёжка.

— Что ты, не знаешь, что ли?

Женщина появилась на пороге с ведром и тряпкой в руках.

— Чего рот-то разинул? Беги скорей! — закричала она. — Во дворе домоуправление.

И Серёжка помчался вниз, прыгая сразу через три ступеньки.

— Беги ты в домоуправление, — сказал он Никите, — а то будешь зудеть, что я опять пропал.

— А сильно течёт? — спросил Никита.

— Вовсю хлещет. Беги скорее!

И Никита убежал.

«Вы потеряли книжечку?»

Как только Никита скрылся в подворотне, из второго подъезда вышел высокий человек в кожаном пальто, и Серёжка, конечно, побежал ему навстречу.

— Извините, пожалуйста, вы потеряли десять рублей и книжечку? — спросил Серёжка.

Человек остановился.

— Мы вас ждём, — продолжал Серёжка. — Сейчас прибежит Никита. Он побежал в домоуправление, и книжечка и деньги — всё у него. Подождите, пожалуйста, одну минутку. Вас и шофёр ждал, только он больше не мог. Понимаете, у него план. Он недавно уехал, — объяснял Серёжка. — А мы вас ищем, ищем! Уже весь первый подъезд обошли.

— Почему уехал? — спросил человек грозно и шагнул к Серёжке. — Где деньги, а? Почему деньги?

Серёжка струхнул.

— Я сбегаю за Никитой, — сказал он. — Подождите минуточку.

Серёжка только хотел бежать, как сзади его схватили крепкие руки.

Всё это видела девчонка, которая ещё стояла за дверью. Сначала ей было досадно, что кончилось её дежурство и что так повезло этому дуралею, который бегал за картошкой.

Теперь этот мальчишка, а не тот, который нашёл книжечку, говорит, наверно, что всё цело. А этот… как его… «Ламбу-тамбу» рад — он прямо обнимает мальчишку и, наверно, говорит: «Спасибо! Спасибо!»

Девчонка завидовала; она не слыхала, что на самом деле говорили друг другу мальчишка в лыжных штанах и человек в кожаном пальто.

А на самом деле этот разговор был не из приятных.

Наконец и ей стало ясно, что на соседнем тротуаре происходит что-то не то, потому что мальчишка старается вырваться, а мужчина его не пускает.

— Рекс! — сказала девчонка, приоткрыв пошире дверь. — Полай! Полай! Ну, полай, тебе говорят!

Но Рекс лаять не стал. У него озябли лапы, и ему давно хотелось домой. Как же заступиться за этого дурака и куда же девался мальчишка, у которого книжечка?

Откройте!

А Никита в это время стучался в дверь домоуправления. Дверь была заперта, но в окошко было видно, что за столом сидит дядька и считает на счётах. Никита барабанил вовсю.

— Ты что безобразничаешь? — сказал дядька, открывая дверь. — Ты что, не видишь, что написано? До семи работаем, и сейчас никого нет.

— Как — нет? А вы? — сказал Никита. — Меня прислали. Там наводнение, в девятой квартире.

— Наводнение? Какое наводнение?

— Кран свернулся, понимаете! Вода льётся!

— Кран свернули — значит, и завернуть могут, — сказал дядька и стал опять запираться. — Пусть придут отец или мать, если наводнение.

— Да я не ваш, я не здесь живу! — кричал Никита.

— Я вот покажу тебе «не здесь живу»! Хулиганят, бегают…

Никита опять стоял перед закрытой дверью.

— Нет, что ли, никого? — спросил кто-то у него за спиной.

Никита обернулся. К домоуправлению подошёл человек в пушистой меховой шапке и в белых бурках.

— Есть, — сказал Никита, — только он заперся.

Человек в бурках стал стучать в дверь ещё громче чем стучал Никита. За дверью было тихо. Человек заколотил ещё сильнее. Дверь распахнулась, и дядька, который ругал Никиту, появился на пороге с большой метлой. Он замахнулся на человека, который стучал в дверь, потом опустил метёлку и стал подметать порог, на котором даже снега-то не было.

— Безобразие! — закричал человек. — У нас наводнение наверху, у меня потолок протёк! Безобразие!..

Дядька из домоуправления бросил метлу и стал успокаивать человека в шапке:

— Товарищ Пищик, в чём дело? В чём дело? Не волнуйтесь. Я уже в курсе. Сейчас, один момент!

Дядька из домоуправления схватил какой-то ключ, и они втроём — он, Никита и Пищик — побежали в квартиру номер девять.

Это не он

Когда Пищик и управдом скрылись в первом подъезде, Никита увидел, что у второго подъезда Серёжка обнимается с высоким человеком в кожаном пальто.

— Никита! — закричал Серёжка. — Давай скорее книжку и десять рублей!

Никита подошёл ближе. Человек был высокий, и на нём было кожаное пальто, но это был не он. Это был не «Тамбу-ламбу».

— Где мои деньги, а? Говори, где деньги? — повторял человек, сжимая Серёжку.

— Он сейчас грохнется, ей-богу! — закричал опять Серёжка. — Я уже больше не могу его держать.

— Ну и не держи, — сказал Никита. — Это не он.

— Не он? — Серёжка разжал руки.

Человек закачался, постоял и стал опять наступать на мальчишек.