Танковые засады. «Бронебойным, огонь!»

И весь этот ураган огня практически в упор обрушился на бронированную колонну Вермахта! В бортах немецких танков появились пробоины, а полугусеничные броневики превратились в дуршлаги, наполненные окровавленным мясом! «Гуляш по-рейнски» — подается с баварским пивом под музыку «Ich hat ein Kamerad»![11] Чадили фиолетовым пламенем эрзац-бензина грузовики, метались раненые лошади. Под перевернутыми санями в лужах крови на розовом ноздреватом снегу лежали раздавленные и затоптанные трупы в серых мышиных шинелях.

Бой продолжался.

Вместе с пулеметными Т-40 в распоряжении старшего лейтенанта Горелова оказались и два пушечных танка. Они оснащались 20-миллиметровой скорострельной пушкой ШВАК-Т, такие машины стали выпускаться с сентября 1941 года. По наземным целям бывшие авиационные орудия молотили не хуже, чем по «мессершмиттам» или «юнкерсам»!

* * *

Старший лейтенант Горелов правильно все просчитал: на начальном этапе боя нужно было максимально воспользоваться эффектом внезапности и создать настоящую стену огня! Это у него получилось — гитлеровцы оказались ошеломлены и понесли серьезные потери.

Однако защитникам Москвы противостоял опытный и закаленный в боях враг. Выучку немецких танковых экипажей и стойкость германской пехоты нельзя было недооценивать. Когда прошел первый шок, уцелевшие немецкие танки разошлись, развернули приплюснутые квадратные башни влево и вправо и открыли беглый огонь по обочинам дороги. И первой же их целью стал тот самый удобный пригорок, который так приглянулся командиру автоматчиков из подчиненной Горелову группы прикрытия. Но там находились только два расчета пулеметов «максим», которые отстреляли по паре лент и тут же сменили позицию.

А несчастный пригорок перепахало добрых полтора десятка осколочно-фугасных снарядов Круппа. И все — впустую.

Пока немецкие танкисты воевали с призраками, экипаж Николая Горелова успел подбить два танка противника. Приземистый угловатый Pz.Kpfw.III с черным паучьим крестом на грязно-белой квадратной башне получил попадание в борт. Удар пришелся по переднему левому катку и обездвижил немецкую боевую машину. Следующий снаряд ударил точно в самое уязвимое место: под башню. Следующей мишенью для старшего лейтенанта Горелова стал Pz.Kpfw.IV; это был более мощный танк, соответствующий нашему среднему. И вооружен он был сильнее: 75-миллиметровой пушкой вместо орудия калибра полсотни миллиметров. И на короткой дистанции она представляла серьезную опасность. Хоть ее осколочно-фугасные снаряды были слабее, чем советские 76-миллиметровые.

— Механик-водитель, вперед!

— Есть, командир! — Старшина Стеценко переключил скорость и взялся за рычаги фрикционов. Могучий «Клим Ворошилов» выполз на огневой рубеж. Стальной богатырь!

— Наводчик, пятнадцать вправо бронебойным огонь! — В перекрестье танковой командирской панорамы Николай Горелов видел кресты на широкой, со скошенными книзу углами башне и грязных бело-серых бортах.

— Есть огонь!

— Попадание!

Бронебойный снаряд ударил в левую часть бронированной маски, прикрывающей короткий, похожий на огрызок, ствол орудия. Вражеский танк резко остановился, словно наткнулся на невидимую стену. Толстый и короткий хобот оружия склонился, словно поверженный бронированный монстр Панцерваффе признавал поражение. Из люков, словно жирные черные тараканы, полезли гитлеровцы.

— Из пулеметов по фашистам — огонь! — скомандовал старший лейтенант.

Оба «дегтяря-танковых»: курсовой и установленный в башне орудием зло затрещали, выплевывая раскаленный свинец. Искры рикошетов рассыпались по броне подбитого «панцера». Раскаленные плети пулеметных очередей настигли немецких танкистов. Тела в серых шинелях с розовым кантом поверх черных мешковатых комбинезонов изломанными куклами замерли на белом снегу.

— Вперед!

Загребая широкими гусеницами снег, КВ-1 с испещренной шрамами-отметинами попаданий броней пер, не зная преград.

Впервые в боевых условиях тяжелый танк «Клим Ворошилов» появился на севере. За день до начала войны с белофиннами, 29 ноября 1939 года, три прототипа тяжелых танков отправились на фронт. Все три бронированных монстра: многобашенные «Сергей Миронович Киров», Т-100 вместе с «Климом Ворошиловым» придали 20-й тяжелотанковой бригаде, оснащенной средними танками Т-28. А 30 ноября 1939 года началась советско-финская война, и военные не упустили случая испытать новые тяжелые танки в действии.

Свой первый бой мощный «Клим Ворошилов» принял 17 декабря при прорыве Хоттиненского укрепрайона неприступной линии Маннергейма.

«Клим Ворошилов» успешно прошел испытания боем: его не могла поразить ни одна противотанковая пушка противника. Единственным недостатком нового танка военные признали только то, что 76-миллиметровая пушка Л-11 оказалась недостаточно сильной для борьбы с массивными железобетонными ДОТами финнов. Но в целом «боевой дебют» КВ оказался более успешным, нежели у СМК и Т-100. СМК вообще подорвался на сверхмощном фугасе и был оставлен на поле боя.