Читаем Театр и военные действия. История прифронтового города полностью

Не обращая внимания на рвущиеся мины, пожарные раскатали рукава и приступили к тушению. На подмогу городским пожарным примчалась пожарная команда Коломзавода – она была лучше других в городе обеспечена разными техническими приспособлениями для пожаротушения. Совместными усилиями к часу ночи пожар им удалось локализовать. К тому времени из Москвы прибыла оперативная группа пожарной охраны.

Город был спасен, но без потерь не обошлось. Руководивший операцией Власов получил в грудь осколок мины, ранены были еще несколько бойцов-пожарников[239]. Все раненые, кроме впавшего в беспамятство Никитина, остались в строю, продолжив борьбу с огнем. И только под утро, когда ситуация стабилизировалась, их доставили в госпиталь, где им оказали медицинскую помощь.

Утром уже выяснилось, что в Подлипках и ближайшей к складам части города, до Гражданской улицы включительно, вылетели стекла окон и осыпалась штукатурка. Осколками пробило крыши[240].

Причины пожара так до конца и не ясны. Результаты расследования власти не афишировали. В городе болтали разное. Кто говорил, что диверсия, кто, что часовому на подлипкинских складах что-то показалось, он выстрелил и попал во что-то взрывчатое, произошла первая детонация боеприпасов, спровоцировавшая пожар и следующие подрывы.

Странности ситуации добавляет то обстоятельство, что буквально в те же дни взлетел на воздух большой склад боеприпасов в городе Железнодорожном. Причины этих взрывов до конца не выяснены. Во всяком случае, официально итоги расследований нигде никем не представлены в открытом доступе. Поэтому оба случая взрывов подмосковных складов боеприпасов для большинства людей так и остаются тайной, дающей волю фантазии тем, кто еще помнит об этих катастрофах.

Важная политическая акция

В июне 1943 года Василия Васильевича Немова вызвали в заводской партком. Там ему сообщили, что ожидается приезд в Коломну видного партийного и государственного деятеля Николая Михайловича Шверника[241]. В рамках кампании по подготовке выдвижения кандидатов на выборы депутатов в Верховный Совет РСФСР была запланирована встреча товарища Шверника с избирателями, которая должна была состояться в заводском Зимнем театре[242].

Директору театра Немову надо было подготовить помещения театра для приема высокопоставленного гостя и организации его выступления перед избирателями. В парткоме обещали прислать в театр рабочих строительного цеха завода, которые должны были произвести необходимые ремонтные работы. Главным же требованием были чистота и свет. Курировали работы заместитель директора завода Шашков и начальник энергоцеха Князев.

Через два дня из Москвы приехал представитель Шверника, который беседовал с «треугольником» завода[243]. Потом «товарищ представитель» осмотрел театр, цветники возле него и нашел, что все в порядке. Осведомился о том, где будет встречен и размещен высокий гость, где его будут кормить. Отдельно интересовался, как именно его патрон войдет в театр и выйдет из него, избегая толчеи в толпе.

Ему пояснили, что для всех вход будет из сада, через главные двери вестибюля театра, а для Николая Михайловича Шверника со стороны фабрики-кухни, через левое фойе с буфетом, вход в которое из вестибюля будет перекрыт. Там, в буфете, есть комната, из которой через гримерки можно выйти на сцену. Удовлетворивший свое любопытство представитель уехал, но накануне приезда высокого гостя из Москвы нагрянул полковник НКВД, одетый в штатское. Вот с ним Василий Васильевич намучился весьма основательно.



Николай Михайлович Шверник


Полковник сначала побывал на заводе, а около десяти вечера пришел в театр, где Немов один заканчивал оформление сцены. Полковник осмотрел здание, оценил порядок и уют, спросил, почему Немов один возится в театре. Где же замдиректора завода Шашков, который должен был контролировать подготовку приема? Сделал замечание – потребовал натянуть над сценой сетку, чтобы случайно ничего не упало на голову кандидату в депутаты. Также заметил, что нужно добавить лампочек в софиты и их тоже затянуть сеткой. Удивившийся Немов спросил:

– Зачем софиты-то сеткой затягивать?

Полковник ему вежливо объяснил, что сетка предохранит от падения осколков, если лампы лопнут.

Около полуночи полковник позвонил по телефону на квартиру Шашкову и отчитал его:

– У вас в театре один человек! Немедленно приезжайте в театр!

Когда Шашков приехал, полковник приказал ему обеспечить натяжку сетки на софиты. Замдиректора сказал, что он уже отдал распоряжение начальнику энергоцеха, но полковник ответом не удовлетворился:

– Ну и где же этот ваш Князев? Где сетка? Когда он собирается это все делать? Немедленно езжайте на машине за начальником цеха, вызывайте кого нужно, но чтобы все было сделано немедленно!

Ночью ездили за Князевым, кладовщиком, монтерами. Когда все было сделано, полковник сказал:

– Ну а теперь можно и отдохнуть. Идите все домой. Только оставьте сторожа, чтобы никого не пускал, кроме вас, товарищ Немов, и меня.

Директор театра отказался уходить:

Перейти на страницу:

Похожие книги

Достоевский
Достоевский

"Достоевский таков, какова Россия, со всей ее тьмой и светом. И он - самый большой вклад России в духовную жизнь всего мира". Это слова Н.Бердяева, но с ними согласны и другие исследователи творчества великого писателя, открывшего в душе человека такие бездны добра и зла, каких не могла представить себе вся предшествующая мировая литература. В великих произведениях Достоевского в полной мере отражается его судьба - таинственная смерть отца, годы бедности и духовных исканий, каторга и солдатчина за участие в революционном кружке, трудное восхождение к славе, сделавшей его - как при жизни, так и посмертно - объектом, как восторженных похвал, так и ожесточенных нападок. Подробности жизни писателя, вплоть до самых неизвестных и "неудобных", в полной мере отражены в его новой биографии, принадлежащей перу Людмилы Сараскиной - известного историка литературы, автора пятнадцати книг, посвященных Достоевскому и его современникам.

Людмила Ивановна Сараскина , Леонид Петрович Гроссман , Альфред Адлер , Юрий Михайлович Агеев , Юрий Иванович Селезнёв , Юлий Исаевич Айхенвальд

Биографии и Мемуары / Критика / Литературоведение / Психология и психотерапия / Проза / Документальное
100 Великих Феноменов
100 Великих Феноменов

На свете есть немало людей, сильно отличающихся от нас. Чаще всего они обладают даром целительства, реже — предвидения, иногда — теми способностями, объяснить которые наука пока не может, хотя и не отказывается от их изучения. Особая категория людей-феноменов демонстрирует свои сверхъестественные дарования на эстрадных подмостках, цирковых аренах, а теперь и в телемостах, вызывая у публики восторг, восхищение и удивление. Рядовые зрители готовы объявить увиденное волшебством. Отзывы учёных более чем сдержанны — им всё нужно проверить в своих лабораториях.Эта книга повествует о наиболее значительных людях-феноменах, оставивших заметный след в истории сверхъестественного. Тайны их уникальных способностей и возможностей не раскрыты и по сей день.

Николай Николаевич Непомнящий

Биографии и Мемуары
«Ахтунг! Покрышкин в воздухе!»
«Ахтунг! Покрышкин в воздухе!»

«Ахтунг! Ахтунг! В небе Покрышкин!» – неслось из всех немецких станций оповещения, стоило ему подняться в воздух, и «непобедимые» эксперты Люфтваффе спешили выйти из боя. «Храбрый из храбрых, вожак, лучший советский ас», – сказано в его наградном листе. Единственный Герой Советского Союза, трижды удостоенный этой высшей награды не после, а во время войны, Александр Иванович Покрышкин был не просто легендой, а живым символом советской авиации. На его боевом счету, только по официальным (сильно заниженным) данным, 59 сбитых самолетов противника. А его девиз «Высота – скорость – маневр – огонь!» стал универсальной «формулой победы» для всех «сталинских соколов».Эта книга предоставляет уникальную возможность увидеть решающие воздушные сражения Великой Отечественной глазами самих асов, из кабин «мессеров» и «фокке-вульфов» и через прицел покрышкинской «Аэрокобры».

Евгений Д Полищук , Евгений Полищук

Биографии и Мемуары / Документальное
Сталин
Сталин

Главная книга о Сталине, разошедшаяся миллионными тиражами и переведенная на десятки языков. Лучшая биография величайшего диктатора XX века, написанная с антисталинских позиций, но при этом сохраняющая историческую объективность. Сын «врагов народа» (его отец был расстрелян, а мать умерла в ссылке), Д.А. Волкогонов не опустился до сведения личных счетов, сохранив профессиональную беспристрастность и создав не политическую агитку, а энциклопедически полное исследование феномена Вождя – не однодневку, а книгу на все времена.От Октябрьского «спазма» 1917 Года и ожесточенной борьбы за ленинское наследство до коллективизации, индустриализации и Большого Террора, от катастрофического начала войны до Великой Победы, от становления Свехдержавы до смерти «кремлевского горца» и разоблачения «культа личности» – этот фундаментальный труд восстанавливает подлинную историю грандиозной, героической и кровавой эпохи во всем ее ужасе и величии, воздавая должное И.В. Сталину и вынося его огромные свершения и чудовищные преступления на суд потомков.

Дмитрий Антонович Волкогонов

Биографии и Мемуары / История / Образование и наука / Документальное