Течет река Мойка... От Фонтанки до Невского проспекта

И наконец, самостоятельная работа – выполнение заказа богатого русского купца Антонова. Внутренняя планировка жилого здания обычна для многоквартирных богатых столичных доходных домов XIX столетия. Старый дом относится к довольно узкому кругу петербургских жилых зданий, в которых в различные периоды времени проживали многие выдающиеся люди нашего государства.

В числе первых жильцов дома Адамини был барон Павел Львович Шиллинг фон Конштадт – ученый, физик, востоковед, инициатор использования литографии в России. Разработки и усовершенствования исследователя, внесенные им в технику литографии, позволили печатать даже тибетские, монгольские и китайские тексты.

Павел Львович действительно являлся разносторонне одаренным и талантливым человеком. Физики считали его своим коллегой, подобное же право оспаривали востоковеды, отечественные полиграфисты и военные инженеры. Шиллинг считался одним из одаренных столичных шахматистов, способных с завязанными глазами побеждать маститых специалистов этой замечательной игры.

П.Л. Шиллинг

В памятном 1812 году Павел Львович впервые продемонстрировал авторитетной военной комиссии, собравшейся на берегу Невы, свое изобретение – подводную мину, взрывающуюся при помощи электрического тока. Опыт удался, и комиссия зарегистрировала факт в своем протоколе и посоветовала талантливому изобретателю продолжить работу по промышленному выпуску этой необходимой военной продукции, но неожиданные события заставили Шиллинга прервать научную работу и в составе гусарского полка отправиться на театр военных действий. Его подвиги в боях с наполеоновскими войсками достойно отмечены высокими правительственными наградами и золотым оружием с надписью «За храбрость». В перерывах между сражениями, на биваках, Павел Львович все же улучал время для изобретательской работы. Тогда он разработал и внедрил в практику оригинальный способ литографической печати для размножения военных топографических карт.

После завершения войны с Наполеоном Шиллинг организовал в Министерстве иностранных дел первую в России гражданскую литографию. Его вторая давняя страсть – филология позволила ему стать знаменитым специалистом-исследователем в области языка и литературы народов Азии.

И все же первая страсть – изобретательство – продолжала довлеть над гениальным ученым всю его замечательную жизнь. Миру он вскоре стал известен как изобретатель и создатель первого практического электромагнитного телеграфа.

Здесь, в доме Адамини, в своем рабочем кабинете с окнами, выходящими на Мойку, П.Л. Шиллинг в 1832 году первым в мире разработал основы телеграфии, создал первый практически действующий комплекс устройств для электрической телеграфной связи. Изобретенный им электромагнитный телеграф ученый впервые продемонстрировал у себя дома 9 октября 1832 года. Интерес специалистов к этой новинке был настолько велик, что автор демонстрировал изобретение в своем кабинете в доме Адамини вплоть до Рождественских праздников. Электромагнитным телеграфом Шиллинга заинтересовался даже российский император, посетивший ученого в его квартире на Мойке.

Николай I, которому изобретатель продемонстрировал свой аппарат в действии, был крайне удивлен и поражен открытием, но, к сожалению, не осмыслил до конца всех возможностей практического использования подобной аппаратуры. В ней царь тогда увидел лишь некоторое забавное устройство – и не более того. Однако Николай Павлович одобрил деятельность изобретателя и даже пожелал провести телеграфную линию между Зимним дворцом и резиденциями великих князей.

Публика с интересом отнеслась к демонстрации изобретения Павла Львовича. Опыт проводился в комнате первого этажа дома купца Антонова, специально снятой у хозяина. Биограф Шиллинга писал: «Для демонстрации передатчика его установили в одном конце здания, где собирались приглашенные, в небольшом зале, а приемник находился в другом конце дома, в рабочем кабинете П.Л. Шиллинга, в так называемой „Китайской комнате“.

Первая в мире телеграмма из десяти слов на глазах собравшихся была лично принята Шиллингом „моментально и верно“.

Успех был неописуем. Многие хотели увидеть это чудо своими глазами, и Павлу Львовичу даже пришлось продлить демонстрацию своего изобретения еще на три месяца.

Служители церкви встретили новость об открытии ученого крайне раздраженно и весьма неприязненно.