Техносоциализм. Как неравенство, искусственный интеллект и климатические изменения создают новый миропорядок

Менее чем через два года, 22 апреля 1970 года, мир отметил самый первый День Земли, чему способствовало пробуждение движений за охрану окружающей среды. «Гринпис» также появился через несколько лет после «Восхода Земли». Второе декабря 1970 года – дата основания Агентства по охране окружающей среды, возникшего после того, как в июле того же года президент Никсон сделал это направление приоритетным для себя. Вскоре после появления снимка «Восход Земли» по всему миру почти одновременно прокатилось множество протестов и выступлений против загрязнения окружающей среды, ядерных испытаний и экологических проблем. Вид нашего дома из космоса сильно изменил нас; но что еще важнее – этот снимок показал, что мы в состоянии осознать более высокую коллективную цель, выходящую за рамки капиталистического чистогана и экономических результатов.

Каким в XXI веке может быть наш момент «восхода Земли»? Будет ли это затопление Нью-Йорка, Бангладеш или Мальдивских островов? Будут ли это 10 лет подряд самых страшных, из всех которые видел мир, лесных пожаров? Будет ли это коллапс мировой отрасли страхования, случившийся из-за непрекращающихся стихийных бедствий? Главная проблема для человечества здесь в том, что все эти события начнутся слишком поздно для того, чтобы мы могли как-то смягчить наихудшие последствия изменения климата, потому что они уже заявят о себе в полную силу.

Глобальная координация усилий для решения проблемы нашего будущего заставит нас выявить силы, которые препятствуют прогрессу, усиливают неравенство и изоляцию, поддерживают политику, приносящую пользу небольшим группам населения, и приводят к тому, что страх используется в качестве политического рычага. Нам надо стремиться устранить те системные элементы экономики и политики, которые по своей природе продемонстрировали долгосрочное негативное влияние на прогресс, благополучие и процветание человечества. По иронии судьбы сюда могут входить элементы капитализма и демократии там, где они противоречат процветанию человечества.

Сопротивление: борьба с корыстными интересами

В то время как за последние несколько лет страх, возможно, и парализовал нашу способность давать коллективный политический ответ, существуют и другие силы, которые упорно трудятся, стараясь ограничить прогресс в определенных ключевых областях, сообща тратят триллионы долларов, чтобы предотвратить ущемление своих коммерческих интересов посредством регулирования, финансирования лояльных политиков и наложения ограничений на реформы. К ним относятся:

• Военно-промышленный комплекс (ВПК). Примерно 1,7–1,8 трлн долларов ежегодно тратится на так называемые «оборонные» расходы. Военное кейнсианство – это экономическая теория, согласно которой война заставляет экономику расти, хотя недавние набеги США на Ближний Восток работают против этой теории.

• Крупные табачные компании, торговцы алкоголем, оружием и лекарствами. Многочисленные разоблачения и утечки выявили масштабное коммерческое лоббирование этими группами законодательства, субсидирования, финансирования и исследований в интересах своих отраслей. Одним из классических примеров является Национальная стрелковая ассоциация США (NRA), спонсирующая одобрение Конгрессом США законов, запрещающих исследование случаев насилия с применением огнестрельного оружия и смертей от огнестрела[116].

• Обработанная и нездоровая пища. Одни только американцы тратят на нездоровую пищу более 200 млрд долларов в год. К 2022 году мировое потребление этого вида пищи в денежном исчислении составит более 700 млрд долларов. Употребление нездоровой пищи всего раз в неделю становится причиной ожирения, а если вы едите фастфуд два раза в неделю, это приводит к диабету второго типа, смерти от ишемической болезни сердца, депрессии, повышению риска заболевания раком и грозит когнитивными проблемами[117].

• Коммерческое рыболовство. Более 50 % пластика, загрязняющего Мировой океан, выбрасывают коммерческие рыболовные суда, и это вовсе не одноразовые соломинки или пакеты[118]. Менее чем за 50 лет поголовье пресноводной рыбы сократилось на 76 %[119]. При нынешних темпах коммерческого рыболовства морепродукты, возможно, полностью исчезнут со стола к 2048 году.