Темные ангелы нашей природы. Опровержение пинкерской теории истории и насилия

Скандал в Tailhook - один из многих примеров того, как сексуальное насилие минимизируется или принимается. На тридцать пятом ежегодном симпозиуме Ассоциации Tailhook, проходившем в Лас-Вегасе в сентябре 1991 г. и представлявшем собой двухдневное подведение итогов работы авиации ВМС и морской пехоты США в операции "История пустыни", восемьдесят три женщины и семь мужчин заявили о сексуальном насилии и домогательствах. В числе прочих унижений они были вынуждены пройти по коридору, вдоль которого стояли мужчины, лапавшие их, что является формой дедовщины, распространенной во время церемоний "перехода границы". Последующий общественный резонанс привел к тому, что различие между дедовщиной и сексуальным насилием было размыто. Например, в ноябре 1992 г. в газете Marine Corps Gazette ведущий американский культурный консерватор Уильям С. Линд признался, что его озадачила реакция общественности на это насилие. "В конце концов, - писал он,

В Tailhook никого не насиловали. Судя по тому, что писали газеты, это не сильно отличалось от дартмутского братства в пятницу или субботу вечером. Если только женщины-офицеры, которые так громко протестуют против такого обращения, не поступили в летное училище прямо из женского монастыря, они наверняка имели представление о том, чего можно ожидать.

Линд утверждает, что публичное осуждение злоупотреблений в Tailhook является классическим примером "войны четвертого поколения", которую феминистки ведут против американского офицерского корпуса. Феминистки "находятся на пути к своей оперативной цели - феминизации вооруженных сил". Если женщины в армии хотят, чтобы к ним относились как к равным, утверждала Линд, то они должны смириться с "атмосферой "раздевалки", в которой мужчины обычно выполняют такую опасную работу, как управление боевыми самолетами".

Пинкер спокойно относится к насилию, которое было неотъемлемой частью империализма. Конечно, он подробно описывает некоторые из основных форм страданий, вызванных имперскими авантюрами, но эти "издержки" остаются в стороне от его анализа коммерции как цивилизующей силы. По мнению Пинкера, торговля товарами и услугами побуждает людей относиться к другим людям как к тем, кто отвечает их собственным интересам, а значит, заслуживает большего внимания. Критик Рэндал Р. Хендриксон кратко излагает суть проблемы, связанной с этим аргументом. Он отмечает, что Пинкер "практически не говорит" о тех формах торговли, которые "играют на наших демонах". Хендриксон отмечает:

Колониализм новых цивилизованных европейцев - несомненно, коммерческая деятельность, часто оправдываемая просвещенными терминами привнесения цивилизации в неиспорченное местное население, - практически не упоминается.

Для того чтобы привести этот аргумент, не обязательно заглядывать в далекое прошлое. Ведь, по данным Международной организации труда, в любой момент времени в 2016 году в современном рабстве находятся 40,3 млн человек, в том числе 24,9 млн - на принудительных работах и 15,4 млн - в принудительных браках. Это означает, что на каждую 1000 человек в мире приходится 5,4 жертвы. Из тех, кто находится на принудительном труде, 4,8 млн. женщин вовлечены в принудительную сексуальную эксплуатацию, или коммерческую секс-индустрию. Миллионы женщин, ставших жертвами секс-торговли, вычеркнуты из истории: такие виды экономической деятельности, как секс-торговля, "ставят под сомнение мягкость нежной коммерции".

Не менее спокойно Пинкер относится и к формам сексуального насилия, возникшим только в конце ХХ - начале ХХI века: изобретению и распространению насилия с использованием технологий. Он утверждает, что "отношение к изнасилованию в популярной культуре" "изменилось до неузнаваемости" в положительную сторону. Сегодня, - пишет он, - когда кино- и телеиндустрия изображает изнасилование, это вызывает сочувствие к жертве и отвращение к нападавшему". Это удивительное утверждение, учитывая количество исследований, доказывающих, что сцены изнасилования в кино и на телевидении часто включаются без причины или для возбуждения интереса.

Сексуализация насилия особенно заметна в видеоиграх, которые, по справедливому замечанию Пинкера, являются "средством массовой информации нового поколения, соперничающим по доходам с кино и музыкой". Пинкер считает, что компьютерные игры "переполнены насилием и гендерными стереотипами", но изнасилования в них "явно отсутствуют". Этот миф был разрушен в книге Анастасии Пауэлл и Николы Генри "Сексуальное насилие в цифровую эпоху", в которой анализируется структурное неравенство, а также гендерный вред, причиняемый сексуальным насилием с помощью технологий, включая виртуальное изнасилование, сексуальное насилие на основе изображений (например, "порнография мести") и сексуальные домогательства в Интернете. Другие комментаторы утверждают, что угрозы изнасилования и другие нападения являются обычным явлением в этом жанре, равно как и распространение изображений сексуального насилия.