Читаем Темные ангелы нашей природы. Опровержение пинкерской теории истории и насилия полностью

Наука - это практика систематических наблюдений и экспериментов как средство проверки предсказаний на основе гипотез при одновременном уменьшении или устранении (т.е. контроле) влияния предполагаемых и возможных предубеждений на результаты и выводы. Таким образом, самоосознанная политическая ориентация означает, что человек тем самым находится в более выгодном научном положении по сравнению с теми, кто не осознает политических и социальных сил, потенциально влияющих на его науку. . . . Благодаря более эффективному контролю, контролю над потенциальными предубеждениями, которые мы в состоянии воспринять, наши выводы становятся более надежными.

Как и Говати, проект Пинкера определяется его политикой. В отличие от Говати, Пинкер упустил возможность убедительно объяснить меняющуюся природу насилия в нашем обществе, не признав и не проконтролировав свою собственную идеологическую предвзятость.

 

Глава 15. Где ангелы боятся ступать. Расиализированная полицейская деятельность

 

Роберт Т. Чейз

Убийство Джорджа Флойда 25 мая 2020 г. было заснято на видео: полицейский из Миннеаполиса Дерек Шовен в течение восьми минут бил коленом по шее Флойда, несмотря на то, что тот кричал: "Пожалуйста, я не могу дышать". Арестованный за то, что он якобы сдал в магазин фальшивую купюру достоинством 20 долларов, три офицера полиции грубо надели на Флойда наручники и прижали его лицом к твердому асфальту, в то время как Шовин стоял на коленях, надавливая всем своим весом на шею Флойда. В это время четвертый офицер не давал вмешаться ужаснувшимся зрителям, даже когда они кричали, что у Флойда из носа пошла кровь, а другой умолял: "Братан, ты его прижал, дай ему хоть подышать, чувак". Показывая повсеместность такого государственного насилия над чернокожими, один из зрителей воскликнул: "Один из моих друзей умер таким же образом!". По мере того как шли минуты, а колено офицера Шовена все еще терзало его обнаженную шею, Флойд, задыхаясь, восклицал: "У меня болит живот, болит шея, все болит. ... они убьют меня, чувак". Когда Флойд потерял сознание и его тело обмякло, полицейский Шовен продолжал давить коленом на шею Флойда еще в течение двух минут, даже после того, как прибывшие медики обнаружили, что у Флойда нет пульса.

Этот момент государственного насилия повторяет травмирующий рефрен "Я не могу дышать", который Эрик Гарнер повторял одиннадцать раз, пока нью-йоркский полицейский Дэниел Панталео держал его в смертельном удушающем захвате просто за продажу сигарет без налогов во время ареста в июле 2014 года. Месяц спустя полицейский из Сент-Луиса Даррен Уилсон застрелил восемнадцатилетнего афроамериканца Майкла Брауна и оставил его тело на улице в жаркий летний день 9 августа 2014 г., чтобы продемонстрировать, что государственное насилие над черными телами остается публичным зрелищем в Америке. Политический обозреватель Чарльз Пирс заметил, что оставление тела Брауна напоминает действия тоталитарных режимов, когда они хотят продемонстрировать осуществление государственной власти путем публичной казни:

Диктаторы оставляют трупы на улицах. Мелкие местные сатрапы оставляют трупы на улицах. Военачальники оставляют тела на улицах. Это те места, где они оставляют тела на улице, в качестве предметных уроков, или чтобы показать свою точку зрения, или потому что нет денег, чтобы забрать тела и сжечь их, или потому что всем наплевать, есть они там или нет.

Всего три месяца спустя, 22 ноября 2014 г., двенадцатилетний Тамир Райс играл с игрушечным пистолетом в Cudell Recreation Center, парке, принадлежащем департаменту общественных работ города Кливленда, когда Тимоти Ломанн, двадцатишестилетний белый офицер полиции, отреагировав на звонок службы 911 о человеке с пистолетом в парке, застрелил Райса практически сразу после входа в парк. Ученый Кианга-Ямахта Тейлор в своем мастерском анализе такого полицейского произвола представила постоянно растущий список смертоносного государственного насилия над чернокожими как повсеместное и почти обыденное явление:

Майк Браун шел по улице. Эрик Гарнер стоял на углу. Рекия Бойд была в парке с друзьями. Трейвон Мартин шел с пакетиком "Скиттлс" и банкой холодного чая. Шон Болл уходил с мальчишника, предвкушая свою свадьбу на следующий день. Амаду Диалло возвращался домой с работы. Их гибель и гибель многих других таких же людей доказывает, что иногда простое присутствие чернокожего может сделать вас подозреваемым - или привести к убийству.

Хотя афроамериканцы составляют всего 12% населения, на долю чернокожих жертв приходится 23% из 1003 человек, застреленных сотрудниками правоохранительных органов в 2019 году.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Чешское время. Большая история маленькой страны: от святого Вацлава до Вацлава Гавела
Чешское время. Большая история маленькой страны: от святого Вацлава до Вацлава Гавела

Новая книга известного писателя Андрея Шарого, автора интеллектуальных бестселлеров о Центральной и Юго-Восточной Европе, посвящена стране, в которой он живет уже четверть века. Чешская Республика находится в центре Старого Света, на границе славянского и германского миров, и это во многом определило ее бурную и богатую историю. Читатели узнают о том, как складывалась, как устроена, как развивается Чехия, и о том, как год за годом, десятилетие за десятилетием, век за веком движется вперед чешское время. Это увлекательное путешествие во времени и пространстве: по ключевым эпизодам чешской истории, по периметру чешских границ, по страницам главных чешских книг и по биографиям знаменитых чехов. Родина Вацлава Гавела и Ярослава Гашека, Карела Готта и Яна Гуса, Яромира Ягра и Карела Чапека многим кажется хорошо знакомой страной и в то же время часто остается совсем неизвестной.При этом «Чешское время» — и частная история автора, рассказ о поиске ориентации в чужой среде, личный опыт проникновения в незнакомое общество. Это попытка понять, откуда берут истоки чешское свободолюбие и приверженность идеалам гражданского общества, поиски ответов на вопросы о том, как в Чехии формировались традиции неформальной культуры, неподцензурного искусства, особого чувства юмора, почему столь непросто складывались чешско-российские связи, как в отношениях двух народов возникали и рушились стереотипы.Книга проиллюстрирована работами пражского фотохудожника Ольги Баженовой.В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.

Андрей Васильевич Шарый , Андрей Шарый

География, путевые заметки / Научно-популярная литература / Образование и наука
Семь грехов памяти. Как наш мозг нас обманывает
Семь грехов памяти. Как наш мозг нас обманывает

Итог многолетней работы одного из крупнейших специалистов в мире по вопросам функционирования человеческой памяти. Обобщая данные научных исследований по теме – теоретических и экспериментальных, иллюстрируя материал многочисленными примерами, в том числе из судебной практики и из художественной литературы, автор не только помогает разобраться в причинах проблем, связанных с памятью, но и показывает, как можно ее усовершенствовать и в итоге улучшить качество своей жизни.«Выдающийся гарвардский психолог Дэниел Шектер изучает ошибки памяти и разделяет их на семь категорий… Новаторское научное исследование, дающее представление об удивительной неврологии памяти и содержащее ключ к общему пониманию сбоев в работе мозга». (USA Today)В формате PDF A4 сохранен издательский макет.

Дэниел Шектер

Научная литература / Научно-популярная литература / Образование и наука