Темные века европейской истории. От падения Рима до эпохи Ренессанса

Последовало двенадцать лет мира (511–523), прежде чем Теодорих, достигший весьма преклонного возраста, получил повод для вмешательства в Галлии. Сигизмунд, муж старшей незаконной дочери Теодориха, теперь стал королем бургундов. Он был мрачным и подозрительным тираном и навлек на себя гнев Теодориха, убив собственного наследника Сигериха, старшего внука готского короля. Чтобы это преступление не осталось безнаказанным, Теодорих объединился с франками и напал на Бургундию. Он завоевал ее и взял в качестве военной добычи земли между Дюрансом и Дромом с городами Авиньон, Оранж и Вивьер, ставшие крайней северо-западной оконечностью империи остготов.

Семейные связи, которые столь тщательно устанавливал Теодорих, распространились даже за Средиземное море. Он выдал свою сестру, овдовевшую и уже далеко не юную принцессу Амалафриду, за старого короля вандалов Тразамунда. Надо полагать, благодаря этому браку он относился к Тразамунду как к младшему брату, а не вассалу. Когда вандалы осмелились помочь узурпатору Гезалиху в Испании, Теодорих заставил их платить дань и потребовал, чтобы впредь Тразамунд не делал ничего, не посоветовавшись со своей супругой Амалафридой. Тразамунд в принципе ничего не имел против такого обращения и в будущем делал все возможное, чтобы умиротворить своего шурина. Государство вандалов действительно было не в том положении, чтобы идти на ссору с Теодорихом. После смерти Гунериха оно находилось в постоянном упадке. Во время правления Гунтамунда (484–496) и самого Тразамунда (496–523) оно медленно, но верно теряло почву под ногами, уступая мятежным маврам Атласа. Гунтамунд, не бывший гонителем представителей других религий, как его предшественник Гунерих, попытался помириться с католиками, позволив им вернуть изгнанных епископов и снова открыть церкви. Но эти бонусы не остановили процесс отделения от него подданных. Во время его правления мавры отобрали у него все побережье от Танжера до ворот Кесарии. Его брат Тразамунд проводил другую политику: возобновил гонения, депортировал две сотни католических епископов на Сардинию и вернул все ужасы эпохи Гунериха. Как и следовало ожидать, он оказался не более удачливым в разборках с местными бунтовщиками, чем его брат. Ссора с Теодорихом означала для него крах, поэтому он старательно держался подальше от всех чужеземных войн. Он умер в 523 году, будучи глубоким стариком. Говорят, его убило известие о сокрушительном разгроме его армии от рук мавров. Его место занял его кузен Хильдерик, сын Гунериха и римской принцессы Евдокии, последний отпрыск дома Феодосия Великого. Получив образование от матери-католички, Хильдерик стал первым королем вандалов, придерживавшимся ортодоксальной веры. Он положил конец длительным африканским гонениям. Но его правление оказалось ничуть не счастливее, чем правления его кузенов. Энергичный сторонник католицизма, он вступил в противоречие с основной массой своих подданных. На него напали мятежники, которых возглавила сестра Теодориха, вдовствующая королева Амалафрида, которая хотела объявить королем Африки одного из племянников своего покойного супруга. Хильдерик вышел из столкновения победителем, подавил мятежников и схватил Амалафриду, которую бросил в темницу, к немалой ярости ее брата, короля готов. Это случилось в 523 году. При жизни Теодориха он держал ее в заключении, но, услышав о смерти старого короля в 526 году, он велел умертвить старую королеву. Это деяние навсегда поссорило вандалов и остготов.

Заключение в темницу сестры было не единственным, что омрачило последние годы долгой жизни короля остготов. У него были проблемы с наследниками. Он выдал замуж своего единственного законного ребенка — дочь Амаласунту (Амаласвинту) за вестготского принца по имени Евтарик (Эвтарих), который слыл отважным и благоразумным человеком. Старый король возлагал все свои надежды на этот союз. Он хотел, чтобы он правил вместе с его дочерью, как супруг правящей королевы. Но только Евтарик в 522 году умер, оставив после себя сына пяти лет от роду. Теодорих не мог не видеть, что восхождение на престол после его смерти ребенка с женщиной в роли регентши связано с огромной опасностью для них, тем более что его племянник Теодахад считался бессовестным интриганом.