Для того чтобы описать все занятия Карла Великого на протяжении его долгой жизни и правления, потребуется не один том. Поэтому мы ограничимся тем, что скажем: прожив долгую насыщенную жизнь, он умер в своем любимом жилище — ахенском дворце — 28 января 814 года. Его похоронили в соборе, который он сам построил. Над его гробом была воздвигнута плита с его изображением и надписью SUB HOC CONDITORIO SITUM EST CORPUS KAROLI MAGNI ЕТ ORTHODOXI IMPERATORIS, QUI REGNUM FRANCORUM NOBILITER AMPLIAVIT, ЕТ PER ANN OS XLVII FELICITER REXIT («Под камнем сим покоится тело Карла Великого, правоверного императора, который царство франков расширил значительно, сорок семь лет счастливо им правил и умер в год Господень 814-й, седьмую индикцию, 28 января»). Это очень короткая эпитафия, учитывая великие дела, которые при жизни вершил тот, кто лежит под ней, но многословие — не признак величия. Память о нем сохранилась в сердцах его подданных. В устах всех народов, которые верой и правдой служили ему, его имя стало синонимом силы, мудрости и справедливости. Вся Западная Европа оглядывалась в течение семи веков на него, основателя Священной Римской империи, ставшей идеалом управления. Его фигура присутствует — хотя ее очертания часто размыты — во многих легендах и романтических поэмах Средневековья. Сто лет после его смерти люди верили, что он завоевал Испанию и Византию и дошел с оружием до Палестины. Он оставил очень сильное впечатление о себе, и все считали, что для него не было ничего невозможного. Возможно, идея о том, что его правление было чем-то вроде золотого века, возникла, в некоторой степени, благодаря контрасту с периодом несчастий и гражданских беспорядков, начавшимся после его смерти. Тем не менее привычка оглядываться на его время, как на период несравненного величия и справедливости, была не заблуждением. Она явилась признанием того факта, что он дал миру представление о новых возвышенных идеалах, которые не были известны при грубом правлении двенадцати поколений королей-варваров, равно как и в ранний период, когда мир был во власти железных цезарей Древнего Рима.
Глава 23
Людовик I Благочестивый, 814–840 годы
Карл Великий оставил свой трон и империю единственному оставшемуся в живых сыну, рожденному в законном браке, — Людовику Благочестивому, как его прозвали при жизни. Как и Эдуард Исповедник, он был слишком святым для короны. Это был слабый добродушный человек, уже не первой молодости, больше подходящий для монастыря, чем для дворца. Он был лишен самоуважения и упорства, находился под каблуком у жены, дворцовых чиновников и епископов. Он был любящим мужем и отцом, мог отдать все, что имеет, и обладал натурой, совершенно неприспособленной для ответственности. Такие люди чувствуют себя счастливыми, только когда ими управляет волевой человек. Перед Людовиком стояли проблемы, которые напрягали даже железные нервы его отца. Он должен был управлять каждым народом, жившим под властью короны франков, одновременно отражая вторжения данов, до которых Карл Великий не дожил. В общем, у него было много работы, которая занимала бы все его время, даже будь он человек волевой и решительный, способный действовать. А он предпочел добавить к своим проблемам никому не нужные споры из-за наследства и гражданскую войну. Основное содержание его двадцатишестилетнего правления составляют неразумные сделки с его неблагодарными сыновьями и беды, ставшие их результатом.