Читаем The Beatles. Единственная на свете авторизованная биография полностью

Но лишь вечером 13 октября 1963 года «Битлз» перестали быть просто героями занятных материалов с музыкальных полос и обернулись серьезными новостями из передовиц всех центральных газет.

В тот вечер битлы возглавили список лондонского «Палладиума» на афише концерта, который транслировали по телевидению под названием «Воскресный вечер в лондонском „Палладиуме“»[128]. По приблизительным подсчетам, битлов увидели пятнадцать миллионов телезрителей.

Аргайл-стрит, где находится «Палладиум», весь день осаждали фанаты. Прослышав о собравшихся толпах, стали прибывать журналисты. Поклонники, горы подарков и кипы телеграмм заблокировали служебный вход. Внутри невозможно было репетировать — с улицы доносились неумолчные вопли тысяч скандирующих людей.

Толпу приехали снимать бригады разных телекомпаний, хотя концерт транслировался их конкурентом. Застигнутая врасплох полиция оказалась не в состоянии контролировать публику. Было решено, что машину, которая увезет «Битлз», подадут к парадному входу, — все ведь ожидают, что битлы выйдут через служебный. В то время у них был «остин-принсесс» с личным шофером. Едва стали появляться хиты, старый микроавтобус Нила забраковали.

Полицейские — как им казалось, разумно — отогнали машину чуть в сторону от парадного входа, пряча ее от толпы. В результате, когда «Битлз», погоняемые Нилом, выскочили из здания, им пришлось метаться в поисках машины, а потом одолевать пятьдесят ярдов спринтом, и их чуть было не растерзала толпа.

На следующий день первые полосы пестрели длинными статьями и фотографиями беснующейся толпы. И все рассказывали не о том, хорошо или плохо «Битлз» спели, а о том хаосе, который вокруг них царил.

«С того самого дня, — рассказывает их пресс-атташе Тони Барроу, — все изменилось раз и навсегда. Моя работа уже не была прежней. Полгода я названивал в газеты и получал отказы, а теперь все репортеры и колумнисты гонялись за мной сами».

Вместе с Брайаном, а позже и с другими пресс-атташе Тони отбирал журналистов, которым разрешалось интервьюировать «Битлз».

«В сущности, я никогда не был пиарщиком, как у большинства групп, — пиарщиком, который придумывает всякие рекламные штучки. Я этим не занимался и ничего такого не умел. И вообще, Брайан был против штучек. Мы к ним никогда не прибегали — нужды не возникало».

В следующую среду Бернард Делфонт объявил имена тех, кто примет участие в «Королевском варьете» — крупнейшем шоу года, куда мечтали попасть большинство британских представителей шоу-бизнеса. Среди участников была также Марлен Дитрих.

К тому времени «Битлз» успели опять уехать на гастроли. Известие дошло до них, когда они собирались появиться в зале Саутпорта под Ливерпулем. Все центральные газеты прислали репортеров и фотографов из манчестерских редакций — запечатлеть реакцию «Битлз» на эту новость. Очевидно, журналисты надеялись услышать какие-нибудь саркастические замечания по поводу королевской семьи, но, к большому облегчению Брайана, ничего подобного не прозвучало.

«Королевское варьете» запланировали на 4 ноября. А до того битлы продолжали гастролировать по Британии и впервые поехали выступать за границу, в Швецию.

В Британии все концерты сопровождались теперь массовой истерией толп. Ежедневные новости о «Битлз», которым теперь отводилось место на первых полосах, изо дня в день повторялись почти слово в слово: менялись только названия городов.

Громадные толпы собирались даже в крошечных городках, наподобие Карлайла, где недавно битлов выгнали из бального зала местной гостиницы. 24 октября больше шестисот подростков провели в очереди за билетами целую ночь. Большинство приволокли спальники и ночевали в них. Кое-кто провел там по тридцать шесть часов. Когда кассу открыли, очередь ломанулась — было разбито несколько витрин, девять человек попали в больницу. В городах покрупнее количество пострадавших исчислялось сотнями.

Шведские гастроли — первая зарубежная поездка «Битлз» после Гамбурга — стали итогом продаж пластинок. В Британии тираж «She Loves You» перевалил за миллион, и «Битлз» получили золотой диск. Вдобавок пластинка хорошо продавалась в Европе, что редко случалось с британскими группами.

Шведское турне длилось пять дней, с 24 по 29 октября. За ним ежедневно следили британские газеты, а также шведская пресса и телевидение. На концерте в Стокгольме полиция с собаками сдерживала толпу, которой не удалось попасть внутрь. Внутри сцену от фанатов охраняли сорок полицейских с дубинками наготове. Сквозь кордон фанаты все-таки прорвались. Джорджа сбили с ног, но полиции удалось восстановить порядок, иначе беднягу просто затоптали бы.

Шведские фанаты уже подражали прическам и одежде «Битлз» — британские тоже не отставали. В Швеции такие прически называются «гамлетовский стиль».

Сами «Битлз» датируют начало битломании чуть позже, нежели концерт в «Палладиуме», когда Брайан и Тони Барроу сообразили, что происходит. Битлы же догадались, как неимоверно популярны, лишь 31 октября, вернувшись в лондонский аэропорт из Швеции.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Ньювейв
Ньювейв

Юбилею перестройки в СССР посвящается.Этот уникальный сборник включает более 1000 фотографий из личных архивов участников молодёжных субкультурных движений 1980-х годов. Когда советское общество всерьёз столкнулось с феноменом открытого молодёжного протеста против идеологического и культурного застоя, с одной стороны, и гонениями на «несоветский образ жизни» – с другой. В условиях, когда от зашедшего в тупик и запутавшегося в противоречиях советского социума остались в реальности одни только лозунги, панки, рокеры, ньювейверы и другие тогдашние «маргиналы» сами стали новой идеологией и культурной ориентацией. Их самодеятельное творчество, культурное самовыражение, внешний вид и музыкальные пристрастия вылились в растянувшийся почти на пять лет «праздник непослушания» и публичного неповиновения давлению отмирающей советской идеологии. Давление и гонения на меломанов и модников привели к формированию новой, сложившейся в достаточно жестких условиях, маргинальной коммуникации, опутавшей все социальные этажи многих советских городов уже к концу десятилетия. В настоящем издании представлена первая попытка такого масштабного исследования и попытки артикуляции стилей и направлений этого клубка неформальных взаимоотношений, через хронологически и стилистически выдержанный фотомассив снабженный полифонией мнений из более чем 65-ти экзистенциальных доверительных бесед, состоявшихся в период 2006–2014 года в Москве и Ленинграде.

Миша Бастер

Музыка
Ференц Лист
Ференц Лист

Ференц Лист давал концерты австрийскому и российскому императорам, коралям Англии и Нидерландов, неоднократно встречался с римским папой и гостил у писательницы Жорж Санд, возглавил придворный театр в Веймаре и вернул немецкому городку былую славу культурной столицы Германии. Его называли «виртуозной машиной», а он искал ответы на философские вопросы в трудах Шатобриана, Ламартина, Сен-Симона. Любимец публики, блестящий пианист сознательно отказался от исполнительской карьеры и стал одним из величайших композиторов. Он говорил на нескольких европейских языках, но не знал родного венгерского, был глубоко верующим католиком, при этом имел троих незаконнорожденных детей и страдал от непонимания близких. В светских салонах Европы обсуждали сплетни о его распутной жизни, а он принял духовный сан. Он явил собой уникальный для искусства пример великодушия и объективности, давал бесплатные уроки многочисленным ученикам и благотворительные концерты, помог раскрыться талантам Грига и Вагнера. Вся его жизнь была посвящена служению людям, искусству и Богу. знак информационной продукции 16+

Мария Кирилловна Залесская

Биографии и Мемуары / Музыка / Прочее / Документальное
Хардкор
Хардкор

Юбилею перестройки в СССР посвящается.Этот уникальный сборник включает более 1000 фотографий из личных архивов участников молодёжных субкультурных движений 1980-х годов. Когда советское общество всерьёз столкнулось с феноменом открытого молодёжного протеста против идеологического и культурного застоя, с одной стороны, и гонениями на «несоветский образ жизни» – с другой. В условиях, когда от зашедшего в тупик и запутавшегося в противоречиях советского социума остались в реальности одни только лозунги, панки, рокеры, ньювейверы и другие тогдашние «маргиналы» сами стали новой идеологией и культурной ориентацией. Их самодеятельное творчество, культурное самовыражение, внешний вид и музыкальные пристрастия вылились в растянувшийся почти на пять лет «праздник непослушания» и публичного неповиновения давлению отмирающей советской идеологии. Давление и гонения на меломанов и модников привели к формированию новой, сложившейся в достаточно жестких условиях, маргинальной коммуникации, опутавшей все социальные этажи многих советских городов уже к концу десятилетия. В настоящем издании представлена первая попытка такого масштабного исследования и попытки артикуляции стилей и направлений этого клубка неформальных взаимоотношений, через хронологически и стилистически выдержанный фотомассив снабженный полифонией мнений из более чем 65-ти экзистенциальных доверительных бесед, состоявшихся в период 2006–2014 года в Москве и Ленинграде.

Миша Бастер

Музыка