The Beatles. Единственная на свете авторизованная биография

«Мы потешались на пресс-конференциях, потому что все это было несерьезно, — поясняет Джон. — Нам задавали прикольные вопросы, и мы давали прикольные ответы. Но было вовсе не смешно. Какой-то школьный юмор, на уровне пятого класса. Просто придурь. Если попадались хорошие вопросы о нашей музыке, мы и отвечали серьезно. Вообще-то, мы нервничали, хотя по нам, наверное, и не скажешь. Мы дергались на большинстве мероприятий… Наш имидж — это лишь крошечная доля нас. Его создали журналисты и мы сами. Он и не мог быть другим: нельзя показывать, какой ты на самом деле. Газеты вечно все искажают. Даже если что-то и правда, она все равно устарела. Новый имидж только успеет нас нагнать — а мы уже дальше пошли».

За какие-то двенадцать месяцев после выпуска первой пластинки «Битлз» стали неотъемлемой частью «британского образа жизни». Дора Брайан на Рождество 1963 года записала песню «All I Want for Christmas Is a Beatle»[139]. И даже она попала в хит-парад.

К тому моменту в хит-парадах, кроме «Битлз», остались только ливерпульские группы, чьим менеджером выступал Брайан Эпстайн, а звукорежиссером Джордж Мартин.

В 1963 году разные пластинки, записанные Джорджем Мартином, занимали верхнюю строчку британского хит-парада тридцать семь недель из пятидесяти двух. Этого рекорда еще никто не побил и вряд ли кто-то побьет.

Подводя итоги опросов за год, «Нью мьюзикл экспресс» признал «Битлз» лучшей группой мира. Они набрали 14 666 голосов. Американская группа The Everly Brothers[140] оказалась на втором месте, набрав всего 3232 голоса.

В категории «Британская вокальная музыка» «Битлз», год назад бывшие в хвосте, сейчас набрали 18 623 голоса. Группе The Searchers, занявшей второе место, до них было как до Луны — лишь 2169 голосов.

Двумя самыми продаваемыми синглами года стали «She Loves You» (тираж 1 300 000) и «I Want to Hold Your Hand» (тираж 1 250 000). Клифф Ричард со своим синглом «Bachelor Boy»[141] занял третье место, безнадежно отстав.

Музыкальный критик «Таймс» Уильям Манн опубликовал большой и серьезный анализ их музыки, в котором рассуждал о битловских пандиатонических кластерах и субмедиантовых модуляциях. Он утверждал, что Джон Леннон и Пол Маккартни — «выдающиеся английские композиторы 1963 года».

«Приглашу-ка я их, пожалуй, к себе на выходные — посмотрю, что они за люди», — высказался виконт Монтгомери[142].

29 декабря, анализируя музыку Пола и Джона, использованную в балете «Моды и рокеры»[143], Ричард Бакл в «Санди таймс» объявил, что они «величайшие композиторы со времен Бетховена».

23США

Сэнди Стюарт — типичная американская битломанка, не глупая, не слабоумная, милая и разумная. В начале 1964 года она жила с родителями в Нью-Хэмпшире, в городке, где главным образом обитали состоятельные люди среднего класса. Сэнди было тогда пятнадцать лет, и училась она в девятом классе средней школы.

«Однажды мы с мамой ехали в супермаркет на нашем „роллсе“ — у нас в то время был „роллс“, хотя это и не важно. И тут по радио „I Want to Hold Your Hand“. Я тогда первый раз услышала о „Битлз“. Я такая: ого! Какой странный звук. Я просто обалдела! Никакая музыка меня раньше так не будоражила.

Оказалось, в школе многие девчонки тоже слышали песню и испытали те же чувства. Помню, мы с двумя подругами шли по улице и обсуждали „Битлз“. Нам казалось, на фотографиях они очень уродливые, особенно в этих пиджаках без воротников. Музыка отличная, но сами они — какие-то уроды.

Постепенно наше мнение стало меняться. Я всерьез заинтересовалась поп-музыкой (раньше я была к ней равнодушна) и была в курсе всего, что происходило с „Битлз“. Прочитала о них все, что нашлось. Даже специально отрастила волосы — прочла, что им нравятся девушки с длинными волосами.

Сначала мне больше всех нравился Пол. Он был такой красивый. Никак не объяснить. Мне просто казалось, что он невероятный красавец.

Почему-то мне не нравился Джордж. Я даже нарисовала на его портрете клыки, как у оборотня. Видимо, „Битлз“ просто были отдушиной для любви и для ненависти. В конце концов я к Джорджу слегка потеплела.

Затем я переключилась с Пола на Джона. Он был ужасно интеллектуальный и остроумный. И очень сексуальное тело. Его я обожала страстно.

Джон был моим наваждением. Я постоянно о нем грезила. Мы с подругами сравнивали свои сны. Рассказывали друг другу, что мы делали с нашими любимыми битлами. Я знала, что, когда мне плохо, можно просто включить сон про Джона, — я ложилась, думала про него и засыпала. Невероятно красивые были сны. Мы там с Джоном чем только не занимались. В том числе и любовью, о чем я рассказывала подругам в школе. Не все сны были про секс, но большинство. И такие реальные.

Я говорила и думала о них постоянно. Отец мне твердил, что со временем это пройдет. А я кричала: „Никогда, никогда, никогда!“

Вообще-то, забавно. Я любила Джона, но это вовсе не мешало мне бегать за парнями в школе. Это как бы другое. Но Джон был самым важным человеком в моей жизни.