Тёмные времена. Наследники Александра Невского

Утром рог возвестил всем о начале нового кровопролития. Ливонцы атаковали, словно у них не было больше шанса вернуться, а псковичи из последних сил стояли на стенах. Потери, которые несли обе стороны, были велики. Князь Довмонт, превозмогая боль от раны, полученной день назад, сам стоял на стенах и руководил псковичами. Впрочем, он не один был ранен. Многие из защитников пострадали, и теперь, конечно, отражать приступы ливонцев было всё сложнее.

– Братья! Пусть немногие из нас могут биться в полную силу! Это абсолютно неважно, так как нашей доблести хватит, чтобы сломить их упорство! Помните, это только люди! Им также свойственен страх. Они боятся вас, славные псковичи! Если они не возьмут город, то им останется только бесславно возвратиться домой.

Если бы ливонцы знали, что на стенах Пскова стоят израненные и измученные люди, то, наверное, продолжали бы давление и овладели бы городом. Но, как только они закрепились на стене, кто-то из защитников крикнул: «Довмонт!» Ливонцы тут же стали отступать и покидать стены. Получалось, что князя боялись настолько сильно, что от того места, где он появлялся, они бежали. По всей рати ливонцев ходил слух, что псковский князь продал душу дьяволу. Теперь тот направляет его удары, и каждый из них становится смертельным.

Яростная атака ливонцев продлилась недолго, и они отхлынули, не желая погибать на стенах в борьбе с нечистой силой.

Защитники Пскова ликовали, ожидая, когда всё же ливонцы окончательно снимут осаду и уйдут восвояси.

– Гаврила, – обратился Довмонт к своему воеводе, – сдаётся мне, что выстояли мы. Силы Орден свои поистратил, и теперь ему только и останется, что начать переговоры.

– Вопрос только, с кем. Если с нами, то магистр ничего от этого не получит, а вот если к Юрию Андреевичу послов отправит, то, может, что-нибудь и выторгует.

– Ну, наместник Новгорода – человек богатый, пусть с ним и заключает Отто какие хочет договора, – сказал Довмонт, глядя на отступающих ливонцев. – Если бы Юрий сразу пришёл, то, может, и Изборск сохранили бы.

– Зато теперь ливонцы, едва услышат, что ты идёшь, разбегаются, словно дьявола увидели.

Переговоры с Юрием Андреевичем

Магистр действительно направил своих людей для переговоров не к Довмонту в Псков, а к Юрию Андреевичу. К воинству новгородцев дворяне Божьи подъехали, соблюдая полное достоинство, словно их армия не разбилась о стены Пскова, а заняла его или же вот-вот займёт.

Они встретились с Юрием в тот момент, когда он отдал команду расположиться на отдых. Рыцари вошли в шатёр и даже не кивнули князю Юрию и посаднику Павше Ананьевичу. Юрий Андреевич смотрел на них с опаской.

– Ты – наместник Новгорода, и Псков – твой город, а посему мы будем говорить с тобой. Сдай Псков, и тогда я сохраню жизни его людей.

– Не думаю, что магистр в силах это сделать, – шёпотом сказал Павша Ананьевич.

– Если не сдашь город, то защитники все до одного умрут, в том числе и князь Довмонт, который сейчас при смерти. Магистр Отто фон Роденштейн не стал захватывать город из своего христианского человеколюбия, но не стоит вам испытывать его терпение.

– Мы не можем сдать тебе Псков. Это решение может принять только псковский князь и его чиновники, а не мы. Псков, хоть и пригород наш, – заговорил Павша Ананьевич, – но подобные решения может принять только самостоятельно.

– Магистр говорит, что если вы не сдадите Псков, то он сровняет его с землёй. Но есть ещё один выход. Поскольку в Пскове проживают христиане, пусть и обманутые лжецами из Константинополя, магистр не желает их крови и требует от Новгорода заплатить за ущерб, нанесённый объединённым воинством русских князей христианам под Раковором. Только в этом случае Псков останется русским.

– Мы должны подумать, – отозвался Павша, глядя на нерешительного Юрия, который готов был согласиться на любые условия. – Мы дадим свой ответ на следующий день.

Как только рыцари уехали из лагеря новгородцев, посадник начал разговор с Юрием Андреевичем.

– Князь, если ливонцы сами вступили в переговоры, то значит это только то, что не в их силах Псков взять. Довмонт – умелый военачальник и славный ратник. Псковичи под его руководством и сами без нашей помощи выстояли. Только потери, конечно, понесли немалые.

– Не думаю, что эти благородные люди лгут. Магистр, хоть и латинянин, но христианин, поэтому, скорей всего, действительно ему просто не хочется проливать кровь христианскую. Ты ведь и сам говорил, что Псков падёт.

– Я говорил, что он может и год продержаться, в зависимости от того, кто возглавляет Псков. Князь Юрий Андреевич, ты хоть сам-то веришь в то, что говоришь? Чтобы дворяне Божьи не хотели лить кровь православных? Да это просто сказка! Они считают нас врагами едва ли не большими, чем язычников. А Довмонт и вовсе для них клятвопреступник.

– Какой ответ ты предлагаешь им дать?

– Думаю предложить им покинуть земли Новгородские, сохранив штандарты и с оружием в руках. Разграбленная округа Пскова пойдёт в обмен на разграбленную округу Раковора.