Тирания ценностей

Для проблемы исполнения ценностей важна также аналогия или параллель, с которой Шелер объясняет самостоятельность материальной и объективной ценности. Бытие ценностей для него независимо от вещей, предметов, благ и положений вещей; все ценности – это материальные качества, у которых есть определенный порядок сверху вниз по отношению друг к другу, и это независимо от формы бытия, в которую они входят. Он находит аналогию или параллель, которую применяет для такой самостоятельности ценности, в независимости цвета (например, красный цвет) от носителя цвета (например, от яблока). Действительно современная живопись уже давно практикует самостоятельность и независимость цвета. Но этот освобожденный цвет, который у таких великих современных художников как Эмиль Нольде, Василий Кандинский или Эрнст Вильгельм Най выплескивается на холст в рамках картины, на практике судов и административных учреждений проявил бы себя во всей бурной полноте как независимая ценность и, например, заставил бы столкнуться освобожденные ценности мышления правового государства с освобожденными ценностями социального государства.

Все нормы, долженствования, по мнению Шелера, основываются на ценности, а вовсе не ценность на нормах. Но норма всегда, однако, «идет» к неценности. Диалектического отрицания недостаточно для этой материальной логики ценностей, так как оно не ведет к абсолютному уничтожению неценности, с учетом которой эта логика ценностей получает свой смысл. Волк, который питается ягненком, осуществляет более высокую ценность питательности, которую «несет» ягненок для волка, в сравнении с малоценностью ценности жизни, которую тот же ягненок «несет» по сравнению с ценностью жизни волка. Все-таки волк не отрицает питательность ягненка, и он не убивает ягненка только для того, чтобы его уничтожить. Только объявление ягненка абсолютной неценностью дало бы волку ценностно-силлогистическое толкование (придание смысла) для в ином случае бессмысленного уничтожения.

Мы как юристы помним о книге 1920 года «Разрешение на уничтожение жизни, недостойной жизни» (Alfred Hoche, Karl Binding, «Freigabe der Vernichtung lebensunwerten Lebens», в этой книге предлагалась эвтаназия неизлечимо больных, идиотов и т.д. – прим. перев.). Карл Биндинг, выдающийся профессор уголовного права, только потому мог быть ее соавтором, что он в своем цельном, позитивистском доверии к государству видел лишь в государстве законодателя, судью и исполнителя и вообще еще не думал о независимом и самостоятельном исполнении ценностей.

VI.

В Эбрахской дискуссии 23 октября 1959 года участвовали теологи, философы и юристы. Ключевое слово о «тирании ценностей» прозвучало в связи с выступлениями на дискуссии профессора Йоахима Риттера (из Мюнстера) и доктора Конрада Хубера (из Фрайбурга). Риттер заметил, что понятие ценности появляется в той же самой мере, в которой понятие природы разрушается современным естествознанием; ценности переносятся в ставшую пустой природу и возлагаются на нее. Хубер различал этику добродетели, этику ценностей и этику закона; он напомнил о том, что Макс Шелер является настоящим представитель этики ценностей, и заметил – с намеком на знаменитые, процитированные также в докладе Форстхоффа слова якобинцев о добродетели, которая должна царить с помощью ужаса – что Макса Шелера нельзя было бы испугать словом «террор».

Оба выступления на дискуссии, как Йоахима Риттера, так и Конрада Хубера, содержали много мыслей и вовсе не могут быть в полной мере переданы с такими ключевыми словами как «принести», «возложить» и «террор». Но они были толчком для цитирования слов о «тирании ценностей» и для приведенных ниже размышлений, в которых внимательный читатель узнает этот толчок. Выражения вроде принесения или возложения философских понятий должны были вызвать юридическое самосознание, так как доклад Форстхоффа, как достижение правоведения, содержал в самом себе больше хорошей философии, чем любая философия – самая методически чистая в духе сегодняшней основанной на разделении труда научной деятельности – обычно несет с собой хорошего правоведения. И слова якобинцев о терроре должны были вызвать формулировку Николая Гартмана о тирании ценностей.