Том 3. Стихотворения и поэмы 1907–1921

Когда ты загнан и забитЛюдьми, заботой иль тоскою;Когда под гробовой доскоюВсё, что тебя пленяло, спит;Когда по городской пустыне,Отчаявшийся и больной,Ты возвращаешься домой,И тяжелит ресницы иней, —Тогда — остановись на мигПослушать тишину ночную:Постигнешь слухом жизнь иную,Которой днем ты не постиг;По-новому окинешь взглядомДаль снежных улиц, дым костра,Ночь, тихо ждущую утраНад белым, запушённым садом,И небо — книгу между книг…Найдешь в душе опустошеннойТы образ матери склоненной,И в этот несравненный миг —Узоры на стекле фонарном,Мороз, оледенивший кровь,Свою холодную любовь —Всё примешь сердцем благодарным,И всё благословишь тогда,Поняв, что жизнь — безмерно боле,Чем «quantum satis» Бранда воли,А мир — свободен, как всегда.

12

Отец! Ты знал иных мгновенийНезабываемую власть!Недаром в скуку, смрад и страстьТвоей души — какой-то генийПечальный проникал порой:Твои озлобленные рукиБудили Рубинштейна звуки,Ты ведал холод за спиной,И, может быть, в преданьях темныхТвоей души, в глуши, впотьмах —Хранилась память глаз огромныхИ крыл, изломанных в горах…В ком смутно брежжит память эта,Тот странен и с людьми не схож:Всю жизнь его — уже поэтаСвященная объемлет дрожь,Бывает глух, и слеп, и нем он,В нем почивает некий бог,Его опустошает Демон,Над коим Врубель изнемог!Его прозрения глубоки,Но их глушит ночная тьма,И в снах холодных и жестокихОн видит «горе от ума»…

13

Тебе, читатель, надоело,Что я тяну вступленья нить,Но знай — иду я к цели смело,Чтоб истину установить.Кто б ни был ты, — среди обедов,Или храня служебный пыл,Ты, может быть, совсем забыл,Что был чиновник Грибоедов,Что службы долг не помешалЕму увидеть в сне тревожномБред Чацкого о невозможном,И Фамусова шумный бал,И Лизы пухленькие губки…И — завершенье всех чудес —Ты, Софья… Вестница небес,Или бесенок мелкий в юбке?.Я слышу возмущенный крик:«Кто ж Грибоедова не знает?» —«Вы, вы!» — Довольно. УмолкаетМой сатирический язык, —Читали вы «Милльон терзаний»,Смотрели «Горе от ума»…В умах — всё сон полусознаний, —В сердцах — всё та же полутьма…«Твой Врубель — кто?» — отвсюду разомКричат… Кто Врубель? — На, лови!..(О, господи благослови…)Он был… печерским богомазом.Пожалуй, так собьюсь с пути —Всё объясняю да толкую…Ты пропусти главу-другую,А впрочем (бог тебе прости)…Хоть всю поэму пропусти.

14