Тренинг по книге Элизабет Гилберт. 40 упражнений для обретения счастья

До своего путешествия и, в частности, до приезда в ашрам Гилберт искренне считала, что страсть к самокопанию и «выскакиванию» из момента – это пусть не совсем приятная, но норма жизни. Как, например, плохая погода или хроническое недосыпание. В Индии она отчетливо ощутила, что ум – это живая субстанция, которой, как всему живому, требуются внимание, забота и отдых. Особенно беспокойному уму-обезьяне, который просто идеальная мишень для стресса!

«Я ищу место для твоего отдыха. Я тебя люблю», – сказала Гилберт своему уму. И как-то само собой определилось место отдыха – в сердце, в душе. Элизабет поняла, что когда душа спокойна, а сердце наполнено любовью, то ум окутывает тишина. Ум отдыхает.

А ведь только с отдохнувшим умом можно жить, не пропуская ни секундочки.

Внутреннее спокойствие не нужно ловить, завоевывать, гнаться за ним или у кого-то выторговывать. Стоит только расслабиться – и оно придет само.

Простая спокойная мысль, тем не менее, до поры до времени не посещала Элизабет Гилберт. Как многие жители мегаполисов, думающие и чувствующие, но погрязшие в «умствованиях», Гилберт считала, что внутреннее спокойствие, гармония и счастье достаются как награда за победы и достижения, как приз за соревнование. Как награда за труды и усталость. А ведь так много лет Гилберт искала душевное спокойствие, прибегая к самым разным способам.

И вот однажды, безмерно уставшая, погрязшая в депрессии и унынии, так и не догнавшая спокойствия писательница отправилась в путешествие длиною в год… Перемещаясь физически, отдыхая телом и работая душой, Гилберт вольно или невольно остановила внутреннюю гонку.

Вера (в Бога, в мудрость Вселенной, в инопланетян, в переселение душ и т. п.) не является страховкой от неприятностей и разочарований. Вера – это залог того, что впереди всегда есть что-то еще.

Вера, кроме того, не дает ответов. Главное, что дает вера, это – мужество. Ну, и еще, конечно, освобождение от власти «ума-обезьяны». Когда ты веришь, тебе не нужно судорожно перебирать в уме сотни вариантов развития событий или биться с ветряными мельницами в поисках смысла. Ты просто знаешь и просто веришь, что во Вселенной много неизвестного, а истина всегда где-то рядом.

Принятие веры стало, наверное, одним из самых важных духовных открытий, совершенных Элизабет Гилберт. Произошло это не в один момент, но ощущалось ею как отчаянный прыжок в неизвестность. Процесс принятия веры оказался, мягко говоря, не фейерверком. Принять веру, как позже признавалась Гилберт, значило смелым и решительным шагом отправиться навстречу тьме. Принять веру для Гилберт значило – принять неизвестность во всей ее красе.

За веру, поняла Гилберт, тебя никто не похвалит, не одобрит, не погладит по головке. Вера вообще никак не вознаграждается, если, конечно, не считать наградой внутреннее спокойствие и присутствие в моменте «здесь-и-сейчас».

Пожалуй, вся книга Элизабет Гилберт посвящена обретению веры и духовности, не привязанной к какой-либо конкретной религиозной конфессии.

Недостаточно единожды избавиться от назойливой суеты «ума-обезьяны». Чтобы ум был спокоен и безмятежен, заботиться об экологичности ума и мыслей, появляющихся в нем, нужно регулярно.

Элизабет Гилберт быстро поняла, что безмятежность ума, как и все важное в жизни, достигается не разовым усилием, а регулярными тренировками. И придумала для этого свой образный ряд: ее ум – гавань, а мысли – корабли. На входе в гавань установлен контрольно-пропускной пункт, задерживающий корабли, везущие «контрабанду»: жестокие и обидные мысли; мысли-каннибалы; обездоленные и недолюбленные мысли…

Ее гавань открывала путь в прекрасные, щедрые, благополучные края, где лишь недавно установился мир и гармония. Соответственно, и дорога в гармоничный край открыта только для созидательных и мирных мыслей. Остальные мысли не подлежат наказанию или порицанию: они просто возвращаются туда, откуда пришли, – в открытое море.