Три тысячелетия секретных служб мира. Заказчики и исполнители тайных миссий и операций

ВМРО, имея в своем распоряжении леса, вооруженных резервистов в горах, опорные пункты и секретных агентов в каждом селе и городе, превратилась из тайной народной организации заговорщиков в слаженную военную машину. Подвиги отрядов комитаджи вдохновляли апатичное крестьянство, тогда как их ружья, бомбы и ножи обуздали рвение деспотичных турок. Так средствами повстанческой интервенции эта вооруженная и боеспособная «секретная служба» практически освободила обширные сельские районы от власти турок.

Тайные приготовления к восстанию

Тайным эволюционным, даже более чем жестоким революционным процессом ВМРО двигалась к захвату административного управления Македонии. Но комитаджи являлись прямыми потомками тех горных Робин Гудов, гайдуков, чье многовековое подчинение туркам вдохновило жителей Балкан на попытку избавления от рабства Константинополя. И поэтому, наряду с борьбой за свободу, македонцы испытывали традиционную горскую жажду отмщения. После стольких лет угнетения сама свобода не могла показаться более сладкой, чем созерцание отличной новой винтовки, нацеленной на турка.

Одним из самых знаменитых подвигов комитаджи в начале столетия можно считать захват города Мельник. Этой операцией руководил Борис Сарафов, бывший офицер болгарской армии. (Один из величайших македонских героев времен турецкого ига.) Возглавив мятежников в 1907 году, он отбил Мельник у турецкого гарнизона, выпустил узников из тюрьмы и удерживал город в течение 24 часов. Это была исключительно революционная демонстрация, не имевшая стратегического значения, но она электризовала сельскую местность и превратила Сарафова в интернационального героя. Многие из его сторонников были по своей природе потомственными бандитами. Только сильный лидер мог удержать их от погрома и мародерства домов богатых сельчан. Но Сарафов пресекал любую склонность к грабежу, тем самым обеспечивая политическое значение восстанию. До того момента, как он был убит в 1907 году, он был одним из самых влиятельных представителей македонского освобождения.

Он стал постоянным агентом ВМРО. Его заметная внешность балканского красавца помогла ему открыть двери во многие модные гостиные Европы, где он испробовал всевозможные схемы пополнения революционного военного сундука. Вступая в любовные отношения с дочерьми британских и бельгийских капиталистов, он добился щедрых пожертвований. В Женеве, Лондоне, Санкт-Петербурге, Вене этот изящный кавалер появлялся в компании роскошно одетых дам, обычно не слишком молодых и привлекательных, которые мало что смыслили в национальном движении и фондах, необходимых для поддержания этих движений.

Проекты Сарафова нередко заходили за границы абсурдного. Прознав, что у македонских монахов в знаменитых монастырях на горе Афон хранятся сказочные запасы золота, запрятанного в монастырские подвалы, он поспешил «обложить налогом» этот патриотический клад, но получил отказ. Во время испано-американской войны он обратился к американскому консулу в Санкт-Петербурге с предложением послать непобедимый македонский легион на помощь Cuba libre при условии, что в обмен американское правительство снабдит ВМРО оружием и амуницией для борьбы с турками. Но консул ответил отказом, пояснив, что у американцев своих солдат больше чем достаточно. Балканскому путешественнику несказанно повезло в Швейцарии, где некий чудаковатый англичанин с дочерью, по возрасту вполне годившейся в матери лихому комитаджи, заинтересовался Македонией и пожертвовал на ее освобождение 50 тысяч франков. Сарафов, живший в то время в Женеве в отеле «Бевелю» под именем Николас, попытался найти похожий подход и к американским толстосумам. Он не имел титулов под стать своим светским манерам, его поили и кормили, но никогда не снабжали долларами.

Двум воеводам ВМРО, Занданскому и Христо Черно-Пайеффу, пришла в голову другая идея, как извлечь выгоду из заботы Америки об угнетенных народах. Эти двое похитили мисс Хелен Стоун, миссионерку из Бостона, и держали ее в плену в горах, пока не был уплачен выкуп в размере 14 тысяч турецких фунтов. Во время своего пленения, длившегося около двух месяцев, мисс Стоун обратилась в сторонницу ВМРО и впоследствии читала лекции в Америке от имени организации. Тем не менее похищение нанесло ВМРО неоценимый вред; и ничто из сказанного мисс Стоун полностью не противоречило широко распространенному убеждению, что, подобно бандитам Китая, македонские повстанцы были просто преступным миром воров и убийц, которые охотились даже на иностранных миссионеров.