Три тысячелетия секретных служб мира. Заказчики и исполнители тайных миссий и операций

Когда войска генерала фон Клука в августе 1914 года двигались на правом фланге наступающих германских армий, они гнали перед собой почти полмиллиона беженцев. Тысячам потрясенных, сбитых с толку мирным жителям удалось переправиться морем в Англию. Одних перевезли военные корабли, других вывезли траулеры, буксиры и частные яхты. Многие высаживались на английском побережье с барж, рыболовных судов, моторных и даже весельных лодок. Толпы прибывших наводнили британские порты. Английским властям пришлось позаботиться о них, предоставить кров и пищу. Власти опасались, что при такой всеобщей неразберихе в Англию могут проникнуть и шпионы германской разведки. Однако среди настоящих беженцев нашлось немало и таких, которые сообщали интересные военные сведения. Собранные вместе, они составляли полный отчет для передачи в ставку экспедиционных войск во Франции.

Офицеры разведки терпеливо взялись за работу и принялись расспрашивать бельгийских беженцев. Одному из них очень повезло: он встретил молодую француженку, назвавшую себя Луизой де Беттиньи. Откуда она? Из Лилля. Занятие? Гувернантка. Умная и привлекательная, с каштановыми волосами и яркими карими глазами, она была образованной девушкой из аристократической, но обедневшей семьи. По-английски Луиза говорила без малейшего акцента, открыто отвечала на все вопросы и, кроме своих лингвистических способностей — безукоризненного владения немецким и итальянским, — сообщила много интересного.

Несколько сообщений особого военного значения были переданы ей местными властями того района, откуда она сбежала. Аккуратно доставив их, она показала себя наблюдательницей, которая внимательно следила за немецкими войсками в хаосе вторжения. Не вызывало сомнения, что в ее лице можно получить необычайно полезного агента секретной службы, способного раздобыть еще более важные сведения. Луизу Беттиньи пригласили в Лондон, где майор Эдуард Камерон, побеседовав с нею, предложил принять участие в их общей борьбе за освобождение.

— С радостью, но как? — как она могла служить своей стране в Англии.

— Вы вернетесь во Францию, мадемуазель, и организуете разведывательную сеть.

Это в оккупированной стране, из которой ей с таким трудом посчастливилось бежать!

Она подумала и скромно ответила:

— Я готова.

Так произошла вербовка и переименование ее в Алису Дюбуа. Это имя значилось в фальшивом удостоверении личности, выданном ей особым разведывательным отделом британского военного министерства. В нем она значилась как «кружевница и продавщица кружев». С таким документом она могла разъезжать, не вызывая подозрений.

Алиса Дюбуа тотчас же начала действовать как дилетантка, вызвавшаяся помочь профессионалам. Но секретная служба в военное время и есть игра дилетантов, которые в численности превосходят профессионально подготовленный контингент в соотношении примерно восемь — десять к одному. В течение пятнадцати месяцев 1914–1915 годов Алиса являлась столь же опасным противником для немцев, как и многие командиры союзных войск на поле боя. В то же время она была гораздо менее опасна для союзников, чем многие из тех генералов, которые безрассудно жертвовали человеческими жизнями на такие авантюры, как французское наступление в Шампани в сентябре — ноябре 1915 года, где продвижение менее чем на пять миль вперед обошлось в 400 тысяч человек убитыми и ранеными.

Алиса надеялась повидать свою мать в Сент-Омере. Но непреклонный майор Камерон велел ей вернуться в Лилль. Добравшись туда без помех, она первым делом решила, что ей нужна не слишком многочисленная, но толковая и абсолютно надежная группа помощников. Благодаря своему происхождению она, как Луиза де Беттиньи, всегда принималась на равных в богатых семействах, где у нее имелось немало друзей. Вскоре она нашла среди них самых непокорных, ищущих возможность действовать против общего врага.

Так, ею были завербованы некий химик де Гейтер и его жена. Вскоре из его частной лаборатории начали поступать невидимые чернила и подправленные или поддельные паспорта, которые до того с большим риском можно было получать лишь из Лондона. Затем последовали фабрикант Луи Сиона и его сын Этьенн, который нередко ей помогал, а главное, предоставлял свой автомобиль — пока немцы не спохватились и не конфисковали его. Она нашла картографа, Поля Бернара, который скромно предложил ей свои услуги. Он и в самом деле просто творил чудеса. Пользуясь чертежным пером и лупой, этот мастер ухитрился написать кодированное стенографическое донесение в тысячу шестьсот слов под почтовой маркой, наклеенной на открытку.

Шарлотта