Читаем Цель поэзии. Статьи, рецензии, заметки, выступления полностью

Расширение до стадионных размеров в шестидесятых годах, думаю, было противоестественным, и оно вряд ли повторится. Но и нынешнее время пройдет. В культурном смысле оно образцово безмозглое. Очень яркое в повседневной жизни, и оттого голова идет кругом. Интернет, всякие интерактивные фокусы, иллюзия вовлеченности. Слишком много игрушек. И большинство людей, как дети, бросаются на все яркое. Я абсолютно уверен, что настанет другой период, когда все эти очень эффектные и полезные, но достаточно поверхностные по способу восприятия вещи приедятся. И людям опять захочется вернуться к более глубокому способу восприятия, к серьезному искусству. Сейчас под этой маркой мы видим главным образом масскульт. Вы ходите в кино?


В основном в «Иллюзион».


Правильно. Я те же фильмы смотрю на DVD. А как-то зашел в кино и ужаснулся. Это чудовищно. Набивается огромный зал взрослых дядей и тетей с попкорном и смотрит что-то вроде нелепой сказки – даже не для детсада, а для недоразвитых. Но вот что интересно: это уже было. Когда кино появилось – то самое, что, по Ленину, «для нас важнейшее из искусств», – оно было киношкой. Что-то вроде ярмарочной «бородатой женщины». А потом был великий кинематограф. Он и сейчас немножко есть, тот же Иоселиани. Я ходил смотреть – в зале человек семь сидело. Но вот и другое: когда-то у нас на весь СССР было полтора симфонических оркестра. А сейчас в Консерватории, в Зале Чайковского, в Доме музыки каждый вечер концерты – и битком. И молодежь там есть. Так что это пройдет. Может быть, целое поколение утопнет в перформансах, а потом появится следующее.


В театрах тоже битком.


Ну, там-то как раз масскульт возобладал. Хотя частенько под видом авангардных художественных поисков. Театр как раз пошел, к сожалению, по пути завлекательных эффектов. Вот хотя бы нынешний скандал с «Тангейзером». Религиозная цензура омерзительна, и что Минкульт на поводу пошел, вообще оправдать нельзя. Но давайте с художественной точки зрения взглянем. Режиссер, что ли, правда так здорово сюжет перелицевал ради более глубокого раскрытия проблемы «художник и общество»? А вот не верю я: просто Иисус в вертепе (ну, кино-Иисус) куда как «круче» бродячего певца. Запрещать, конечно, тут нечего, не хочешь – не ходи и не смотри, но, по мне, это – дешевка. В отличие от того же Иисуса Христа в «Суперзвезде», которая попам тоже не нравится. Гениальное прочтение евангельской истории.


Согласна. Помню с детства, с родительской видеокассеты.


То есть я хочу сказать, что сейчас торжествует площадной вкус. А ему дела нет до поэзии – разве что до шлягеров и фельетонов. Но когда-то, если, конечно, цивилизация совсем не погибнет, что тоже возможно, вернется и время, когда вот это медленное, трудное чтение настоящей литературы будет снова востребовано достаточным количеством мыслящих людей. И не волнуйтесь: даже если наша цивилизация погибнет, как погибла Античность, после темных веков все лучшее разыщут, и переведут, не знаю на какой язык, и снова будут читать – как мы римских поэтов и древнегреческую драму.


На этой оптимистической ноте… спасибо большое!

Электронный журнал «Лиterraтура», 2015
Перейти на страницу:

Все книги серии Диалог (Время)

Цель поэзии. Статьи, рецензии, заметки, выступления
Цель поэзии. Статьи, рецензии, заметки, выступления

Поэт и критик Алексей Алёхин – основатель и бессменный главный редактор первого и долгое время единственного в России журнала поэзии «Арион» (1994–2019), подвижник современной поэзии, во всей полноте знающий и чувствующий ее движение и современное состояние. Статьи, эссе, рецензии, собранные в книге, охватывают почти три десятилетия, с середины 90-х годов по нынешний день. Они представляют суждения человека, не просто внимательно наблюдающего поэтический процесс, но включенного в него и собственной литературной деятельностью, и многолетней работой с молодыми поэтами в мастер-классах и семинарах. Собранные здесь статьи не только взгляд на современную русскую поэзию, но и, в немалой мере, ответы на вопросы, часто возникающие у молодых писателей.

Алексей Давидович Алёхин

Критика / Литературоведение
Текст и контекст. Работы о новой русской словесности
Текст и контекст. Работы о новой русской словесности

В книгу вошли избранные статьи, заметки, выступления нескольких десятилетий. Принципом авторского отбора текстов стала демонстрация движения словесности от начала 1980-х к середине 2020-х.Первая часть отдана работам, написанным еще в застое, но в атмосфере предчувствия изменений, а начиная с 1986-го, – во времена перестройки и гласности. Во второй части представлена смена литературного языка и полемические работы. Третья часть посвящена проблемам разрушения и формирования канона между эпохами, жанровому репертуару, фикшн и нон-фикшн, автобиографической прозе, а также таким явлениям, как дефолт и девальвация литературы. Пристально прослежена сама литературная жизнь в ее разных проявлениях и институциях.Героев много – от Юрия Трифонова и Фазиля Искандера до Андрея Битова, Владимира Маканина и Георгия Владимова, Александра Солженицына и Владимира Войновича, Татьяны Толстой, Виктора Пелевина, Михаила Шишкина, Владимира Шарова… ряд длинный. Антигероев тоже хватает. Герои и антигерои, персоны и персонажи литературной сцены рубежа ХХ-XXI веков уходят в небытие – или переходят из текста в текст, продолжаясь во времени.

Наталья Борисовна Иванова

Публицистика / Литературоведение
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже