У русских за пазухой

Прошли и моя паника, и нежнокожесть. С тех пор кайфую тут с вами 😄 Я отпустил страхи, обиды, гештальты и осадочки. Лед в душе растаял. Звучит пафосненько, но это так!

Снег

Я помню первые признаки зимы в Англии: хрустящий иней на травинках, тонкий лед на лужах. И все вокруг ждут с нетерпением одеяло из снега.

В России первые признаки: по Неве плавают медленным шагом льдинки, и легкий обмороз появляется на пальцах англичанина, который решил снимать видео на улице Silly anglichanin, this тебе isn’t Lancashire.

Открою мое первое разочарование в России. Когда снег выпал первый раз и лежал одеялом на Марсовом поле, я туда ночью побежал, чтобы построить снеговика.

Я волновался, что меня арестуют (я думал, что то здание, которое стоит напротив Летнего сада, военное) за какое-то неизвестное мне нарушение. Но у меня был с собой уже потрепанный паспорт, и я с дурной, инфантильной улыбкой вбежал на Поле.

Я удивился, что был там один. Столько сырья, а никто не использует… Но я быстро понял почему. Русский снег не лепится. Никак. Даже если дышать на него, чтобы чуть разморозить. Я 10 минут там прыгал по снегу и сжимал его руками. Нет. Неумолимый снег отказался лепиться.

«Вода, вода, кругом вода, но нет ни капли выпить», – подумал я и с подавленным духом и мокрыми носками ушел.

Если вы вдруг тогда жили в доме у Марсового поля и увидели странного типа, прыгающего по снегу, теперь вы знаете, что там творилось.

Да, русский снег – не снег, а триллиард индивидуальных осколков льда, которые в ту ночь попали в мой глаз. (Да, я знаю, это было зеркало, но… ну…)

Но я привык Я пережил 10 русских зим, 7 из которых – самые «теплые» за 100 лет 😅

Бывало и холодно тоже. И я не один раз неправильно одевался, когда в ответ на вопрос «А там холодно?» мне отвечали: «Ну, десять градусов, может, двенадцать». Три раза пострадал, пока не понял, что это значит «минус десять, может, двенадцать». Штирлиц никогда не был так близко к переохлаждению.

Сегодня ветер завывает, видимость из окна падает, и самодовольный англичанин пишет русским про русскую зиму

Я очень рад, что я тут, несмотря на то, что придется смотреть на изобильный снег и думать: «Снег, снег, да, кругом снег, но нет ни снеговика».

И раз про зиму заговорил (записал?), дальше расскажу про русский менталитет в отношении к здоровью.

Здоровье

– Крэйг, ты почему мясо не ешь?

– Я не хочу мясо, спасибо.

– Ты что, только салат будешь?

Я видел, что она была мной не очень довольна. Я не знал, что в русском менталитете выбор блюда не личное дело, а всеобщее. Твое здоровье принадлежит не только тебе, а всему народу.

– Ну… я думаю, только салат… я не очень голоден, спасибо.

Саша взволнованно взглянула в окно на зимнюю улицу. Там было снегово. Она повернулась обратно ко мне и посмотрела так же, как фермер грустно рассматривает хилого поросенка, который слишком мало молока от мамы получил.

– Надо подкрепиться же. Салат зимой не еда. Там минус шестнадцать, это не шутки, – пыталась она убедить друга-поросенка.

Это было в мой второй год в России, и я начал считать себя сильным, независимым иностранцем. Гордый волк-одиночка.

– Я буду, ок. Салат витаминный, ха-ха.

– Блин, ок…

But it was not ок…

После кафе мы пошли к остановке, и я уселся на каменный выступ.

– Ой, Крэйг, не сиди на холодном камне!

– Почему? – ответил я непокорно с холодного камня.

– Так нельзя, вставай! – скомандовала она.

Честно говоря, русские очень часто командуют. Даже друг друга упрекают иногда по этому поводу. «Не командуй!» командуют они. А мой западный индивидуализм требовал бунта.

– Дальзя! – бунтовал я.

– Ты что, геморрой будет!

Задумавшись, правда это или блеф… я с грустью осознал, что мое знание биологии не включало механизм формирования геморроя. Решив не рисковать, я отступил с холодного камня.

– И куртку застегни, – продолжала она, укрепляя свою власть.

– Что значить застегнить?

– Пуговицы застегни.

Я не мог понять, при чем тут было пугало.

Она не могла понять, почему я не мог понять.

Автобус приехал и закрыл вопрос.

3 дня спустя…

*Чих*

– Ты заболел?! – она спросила молниеносно с азартным вниманием.

Русские замечают первые признаки болезни так же остро, как персонажи в фильме о зомби-апокалипсисе. И переживают с таким же неудовольствием.

– Ну, может быть, чуть-чуть…

Тут ее лицо, мимика и голос изменились, и передо мной теперь стояла не Саша, а закаленная медсестра Александра Кровоточина из времен Наполеоновской войны. Или в ее тело вселился вечный дух русской целительницы Добродеи Пиявкодавиной.

– Кому я говорила не сидеть на холодном камне?! – спросила она риторически.

– Мне… – грустно согласился я.

Она молча подошла ко мне и приложила обратную сторону своей руки к моему лбу.

– Горячий ты, – пробормотала она, уставленно глядя мне в глаза.

«Что происходит? – думал я. – Это какой-то русский флирт? Что мне делать??»

Я только потом узнал, что кожа на задней стороне русской руки куда чувствительней, чем стандартный термометр, и способна обнаруживать широкий спектр разных инфекций.