Убит в Петербурге. Подлинная история гибели Александра II

Сегодня во время доклада моего Великому князю Его Высочеству доложили, что к Великой княгине приехал Государь и желает видеть Его Высочество. Великий князь извинился передо мной, встал и поспешно вышел. Приблизительно через четверть часа Его высочество возвратился с сияющим лицом и спросил меня, догадываюсь ли я, почему он доволен и весел? Я отвечал, что, по всей вероятности, Государь сообщил Его Высочеству что-либо отрадное. “Вы отгадали, действительно, Государь сообщил мне кое-что, очень и очень приятное. В 1867 году, т. е. почти тринадцать лет назад, я представил Государю записку, составленную мною вчерне в Ореанде и потом разработанную по моим указаниям С.Н. Урусовым, тогдашним Государственным секретарем. Записка эта имела целью привлечение, в скромном виде, сил общественных к делу государственного управления. Государь прочел записку, но никогда не говорил со мной о ней, из чего я заключил, что мысли мои не одобряются. …О записке моей не было и помину… до сего часа.

Государь сообщил мне теперь, что желал бы к предстоящему дню 25-летия его Царствования оказать России знак доверия, сделав новый и притом важный шаг к довершению предпринятых преобразований. Он желал бы дать обществу большее, чем ныне, участие в обсуждении важнейших дел. По этому предмету существует два предположения: одно – мое, другое – Валуева, несколько более либеральное. Его Величество желает, чтобы оба этих проекта были обсуждены в общих чертах, Особым Совещанием, под моим председательством, из Цесаревича, Валуева, Урусова, Шефа жандармов (Дрентельна) и Министра внутренних дел (Макова). Вы понимаете теперь, почему я рад. Быть может, прекратится время реакции и наступит заря возрождения”. Я тоже чрезвычайно обрадовался и спросил, можно ли мне прочесть записку великого князя? Он отвечал, что не сохранил черновой, а подлинная у Государя, который обещал прислать ее сегодня же» [1].

«Извлечения из воспоминаний…» Перетца выглядят как настоящая сенсация. Оказывается, сразу после новогодних праздников 1880 года император предложил своему брату великому князю Константину Николаевичу проработать вопрос создания в Государственном совете совещательной Комиссии из депутатов, выбранных от крупных городов и земств, для предварительного рассмотрения законопроектов, поступающих в Госсовет. Именно такое предложение содержалось в записке великого князя от 1867 года. Как видим, решение императора было абсолютно самостоятельным и означало только одно: Александр II на 25-м году своего правления решился установить в России двухпалатный парламент, с вытекающим из этого новым порядком законотворчества. Так как посыл исходил от самого Государя, то машина Особого совещания заработала немедленно. Перетц, получив от великого князя Константина Николаевича записку с предложениями о преобразовании Госсовета, переработал ее и подготовил для предстоящего обсуждения. Новое предложение императора не было тайной и для высшей петербургской бюрократии, вызвав настороженные чувства нежелательных перемен.

Поразительно, но оставшийся без работы, после арестов Квятковского и Ширяева, в подвале Зимнего дворца столяр Батышков вдруг встрепенулся к новой теме, чуть ли не день в день, с озвученной императором предстоящей реформой. Он неожиданно купил у своих приятелей по подвалу сундук и установил его в своей комнате. Дата покупки сундука была потом точно установлена следователями и удивительно совпадала с начавшейся в верхних эшелонах власти подготовкой к юбилею. Для сожителей по комнате Степан Батышков объяснил свое приобретение необходимостью покупки и складирования разного рода скарба для предстоящей женитьбы. К таким планам Степана сожители отнеслись уважительно, тем более что Степан возобновил коллективные посещения трактиров и разных увеселительных заведений. Сигнал на покупку сундука поступил от Хозяина, получившего, в свою очередь, срочное указание от своего конфидента генерала Черевина. Необходимость акции в Зимнем дворце возникла вдруг, как только замаячила реальная возможность возникновения в России двухпалатного парламента.

Чем же были напуганы внук барона де Гранси – наследник-цесаревич и его супруга, датская принцесса Дагмар? Наследнику Александру Александровичу, а тем более его супруге, новый государственный орган не сулил ничего хорошего, так как с его помощью можно было изменить в стране все что угодно, вплоть до порядка наследственного замещения русского трона, и не обязательно в их пользу.

«Извлеченные» из Дневника госсекретаря Перетца страницы свидетельствуют о крайне негативной реакции цесаревича Александра Александровича на предложенную императором реформу законодательного органа. Особенно ярко позиция наследника проявилась в ходе обсуждения реформы.

«25 января 1880 года: