Учение о стадиях преступления

Полагаем, есть смысл выделять и само приготовление, и его виды, потому что в обоих случаях имеются: объективно различные этапы преступной деятельности, связанные с выполнением объективно различных действий (бездействия); различной степени объективный уровень общественной опасности; различной степени субъективный уровень общественной опасности; различной степени общественная полезность пресеченной деятельности; дифференцированная уголовная ответственность. Особые сложности на практике возникают при неоконченном приготовлении. Так, Ярославским областным судом осужден Косков по ч. 1 ст. 30, п. «а», «в», «г» ч. 2 ст. 162 УК на шесть лет лишения свободы за то, что в течение нескольких дней (состоялось не менее восьми встреч) он склонял К. (охранника офиса потерпевшей) к совершению разбойного нападения на Широкову с применением ножа и пистолета, просил К. предоставить ему пистолет. По мнению адвоката подсудимого приготовления к разбойному нападению не состоялось, участников нет, оружия нет и быть не могло. Суд доказал наличие приготовления, но интересно здесь то, как «дрогнула» Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ, столкнувшись с неоконченным приготовлением, когда имело место приискание соучастников в негодном сговоре (потенциальный соучастник по поручению милиции записывал на магнитофон переговоры с Косковым), хотя как неоконченное мы только теоретически можем признать таковое, поскольку закон относит приискание соучастников к самостоятельной форме создания условий. Тем не менее, несмотря на это, Верховный Суд РФ применил ст. 64 УК, назначив наказание ниже низшего предела санкции, абсолютно, на наш взгляд, не обосновав подобное: «Вместе с тем суд не в полной мере учел степень реализации преступных намерений Коскова, его положительную характеристику и то, что каких–либо тяжких последствий для потерпевшей не наступило»[389]. Во–первых, положительная характеристика не может быть отнесена к исключительным обстоятельствам, во–вторых, отсутствие не только тяжких, но любых других последствий составляет основу приготовления как неоконченного преступления и в силу этого не может быть признано исключительным обстоятельством дела. Вся проблема здесь, похоже, заключена в степени реализации преступных намерений, поскольку суд столкнулся с приисканием соучастников при наличии негодного сговора. По сути самого такого действия на основании ч. 1 ст. 30 УК вполне достаточно для вменения приготовления и соответствующего применения ч. 2 ст. 66 УК с уменьшением максимума санкции наполовину. Однако Верховный Суд РФ, очевидно, понимает относительную несправедливость довольно высокого наказания, назначенного областным судом за неоконченное приготовление, и потому уменьшает его еще вдвое, не имея для этого никаких законодательных оснований, кроме «резиновой» (ст. 64 УК. Таким образом, нужно признать, что Верховный Суд РФ поступил в данной ситуации в высшей степени справедливо, хотя юридически вывод его в высшей степени сомнителен.

Виды приготовления имеют самостоятельное уголовно–правовое значение, которое не столь заметно, когда приготовление выступает в качестве отдельной правовой категории (вне зависимости от вида — оконченное или неоконченное — приготовление при квалификации остается приготовлением). Проявляется оно более существенно в тех ситуациях, когда введено в закон как вид преступления. Здесь уже, по общему правилу, нормой уголовного права признается оконченное приготовление; неоконченное же составляет лишь часть диспозиции нормы и быть квалифицировано только по статье Особенной части не может (например, незавершенное изготовление огнестрельного оружия не является оконченным преступлением, предусмотренным ст. 223 УК РФ, а представляет собой неоконченную преступную деятельность). Возникают сложности квалификации такого преступного поведения, так как неясно, приготовлением или покушением следует его признавать. По сути своей подобные деяния — приготовления, поскольку пресечение преступления осуществляется на стадии создания условий (изготовление оружия криминально значимо не само по себе, а лишь как фактор, нарушающий общественную безопасность, т. е. в полной мере зависит от поставленных целей — для облегчения общественно опасных проявлений; особенно актуально сказанное сейчас, когда все настойчивее выражается требование предоставить правопослушным гражданам право на приобретение и ношение оружия, в том числе — и огнестрельного). И создание самостоятельной нормы указанной сути не меняет. Именно поэтому пресечение преступления в так называемых усеченных составах влечет за собой его признание приготовлением, но не покушением. В этом и заключается особенность квалификации: неоконченное приготовление — с применением ч. 1 ст. 30 УК РФ, оконченное — только по норме Особенной части УК.