Уильям Шекспир. Человек на фоне культуры и литературы

В сущности, жизнь Шекспира довольно хорошо известна исследователям, особенно по сравнению с некоторыми его современниками (в биографии Бена Джонсона или Кристофера Марло отнюдь не меньше загадок и белых пятен). На этом фоне «выпадение» нескольких лет жизни драматурга из официальной истории не является поводом для сенсации. Вероятнее всего, Шекспир путешествовал по Англии в составе гастролирующей труппы, обогащаясь бесценным опытом – сценическим и жизненным. Елизаветинцев трудно было назвать домоседами. Люди этой эпохи активно перемещались по стране и даже отваживались покинуть ее пределы – навещали родственников, искали новые источники заработка, участвовали в войнах, бежали от закона, религиозных преследований или семейных неурядиц, осваивали новые ремесла или, если позволяли статус и финансовое положение, путешествовали ради удовольствия[19].

Обычай совершать Grand Tour[20] приобрел в Англии широкое распространение только к середине XVII века, то есть во времена Шекспира еще носил характер индивидуальной прихоти, а не общепринятой моды; в любом случае, «сын перчаточника» вряд ли смог бы себе позволить развлекательную поездку на континент. Конечно, он мог бы отправиться в Европу с более возвышенной целью – совершить паломничество в Рим (если гипотеза о его тайном католичестве небезосновательна). Это могло бы объяснить, почему из всех европейских стран Шекспир предпочитал Италию в качестве места действия своих произведений. Некоторые биографы Шекспира предполагают, что если драматургу и довелось увидеть своими глазами те европейские города, в которых происходит действие его пьес (Верона, Падуя, Вена и т. д.), то только в период, когда он еще не обосновался в Лондоне и не приобрел долю в театральном предприятии Бербеджа. Впрочем, локации шекспировских драм, хотя и привязаны к реально существующим местам, представляют собой скорее плод поэтического вымысла, мифологизированные топосы, далекие от конкретных исторических и географических реалий. Для сотворения подобных образов необязательно посещать сами города, чтобы не разрушилось их сказочноэкзотическое обаяние. В любом случае, для создания таких наполовину вымышленных топосов, как Вена в пьесе «Мера за меру» или Милан в «Двух веронцах», Шекспиру вполне могло хватить обрывочных сведений из справочников, текстов других писателей, путевых дневников его современников, а также рассказов бывалых путешественников и моряков, которые могли оказаться в числе посетителей театра. В настоящий момент большинство шекспироведов сходится во мнении, что драматург никогда не покидал пределы Англии.

Сложно, однако, представить двадцатипятилетнего Уильяма (с его амбициями, живым умом и энергией) бездействующим в течение нескольких лет и прозябающим на вторых ролях в отцовском бизнесе. Его собственная семья быстро росла, взрослеющие братья также нуждались в пространстве для самореализации и обретении профессионального опыта – все указывало на то, что Уильяму приходилось искать новые возможности для заработка и новые перспективы для карьерного роста. Среди предположений литературоведов касательно поприща, выбранного Шекспиром в надежде прокормить семью и уйти от статуса подмастерья у собственного отца, лидируют версии о Шекспире-учителе и Шекспире – помощнике нотариуса.

Первый вариант упоминается уже в XVII веке, в записях английского антиквара, историка и биографа Джона Обри (1626–1697). Он утверждал, что Шекспир в течение нескольких лет преподавал в сельской школе, находившейся под патронажем графа Саутгемптона. Шекспир также мог служить в качестве домашнего учителя в семье какого-нибудь аристократа, однако никаких подтверждений этой гипотезе нет. Преподавание в школе могло бы объяснить наличие у Шекспира более обширных знаний, чем предоставляло его собственное неоконченное образование. В реальности все было наоборот: чтобы получить должность учителя даже в сельской школе, необходимо было иметь ученую степень или как минимум окончить университетский курс.

В произведениях Шекспира не единожды встречаются представители сферы образования – ученый педант

Олоферн из «Бесплодных усилий любви», учитель Пинч из «Комедии ошибок», священник Хью Эванс из «Виндзорских насмешниц». Все эти портреты комичны, даже карикатурны, и выдают близкое знакомство их автора с прототипами подобных персонажей, однако таковое вполне могло состояться, когда сам Уильям был еще учеником. За период его обучения в Стратфордской школе там сменилось три педагога, так что юный Уилл мог составить довольно разностороннее представление о представителях этой профессии. Вероятнее всего, поклонникам творчества Барда стоит расстаться с романтическим образом Шекспира-учителя, с блеском в глазах читающего «Энеиду» горстке деревенских подростков или терпеливо внимающего запинающейся декламации ученика-аристократа.