Украина. Геополитический миф

Украинское государство внушило само себе, что может существовать только как анти-Россия. А раз Россия — это враг, который всю жизнь только и мечтал, как бы уничтожить всех украинцев, то значит, нужно государство, которое украинскую нацию будет защищать. Тогда есть логика в существовании такого государства. И значит, нужно продолжать сочинять историю этого государства, в которой всегда было противостояние с Москвой. Потому что если бы украинские политики признали, что мы братские народы, если они позволят украинцам учить подлинную (не по Грушевскому) историю своей страны, то в какой-то момент украинцам станет понятно, что мы не просто братские народы. Что мы один народ по сути или, если угодно, две части одного народа.

Россия в постсоветское время не уделяла достаточно внимания украинскому вопросу. Правды ради следует признать: причины тому были. Для начала России нужно было самой как-то выжить после развала СССР, не скатиться в гражданскую войну, не развалиться на мелкие удельные княжества. А потом в политике России по отношению к Украине возобладал имперский пренебрежительный снобизм — «никуда они от нас не денутся, у нас газовая труба». Все политические процессы были пущены на самотек, что было глубочайшим и опаснейшим заблуждением. Все, как в 19 веке, когда чиновники Российской империи полагали, что стране нечего бояться национальных движений, и тем более социалистов-большевиков. А все это время на Украине шли сложные внутренние процессы, работали американские фонды, неправительственные организации. А Россия ничего не делала. К сожалению, мы поздно поняли, что за Русский мир надо бороться всерьез и что одна только демонстрация военной и экономической мощи не поможет решать культурные, этнические и политические вопросы.

Но это не значит, что выхода нет: ведь Россия и Украина обречены быть вместе — кто бы что ни делал, чтобы вбить клин, разъединить, сделать врагами.

После СВО нас всех ждет титанический труд. Предстоит людей, считающих: «Украина — не Россия», снова превратить в русских. Но мы это уже проходили после Великой Отечественной. Просто в этот раз нужно дойти до цели. Раз решили денацифицировать — довести до конца; а если хотим переформатировать отношения в духе доверия и дружбы — внедрять этот дух на принципах обоюдной справедливости (т. е. приемлемых для обеих сторон!).

Все равно у русских и украинцев общая история и общие корни; общая днепровская купель, где князем Владимиром была крещена Русь. У нас общие победы, общие поражения. И хочется верить, что будущее у нас тоже общее.

<p>Эпилог</p>

Эта книга не о том, что украинцы плохие. И не о том, что нет украинского народа. И даже не о том, что история Украины какая-то неправильная. Хотя кто-то, наверное, увидел в книге именно это. Эта книга — о технологии формирования нации. О технологии создания государства на основе искусственных принципов или идей. Для Запада проект «Украина» еще далеко не закрыт. Но его потенциал исчерпан. Потому что после 2014 года в ход пошли крайние формы. На Украине с дозволения Вашингтона была проведена легитимизация уже даже не национализма, а нацизма (именно это не оставило России иного выхода, как начать СВО, одна из целей которой — денацификация). Но если такое происходит, если абсолютно аномальное, абсолютно аморальное явление становится легальным, значит, в ход пущен последний козырь. Значит, в геополитических планах Запада вести войну на Украине крайне жестко — до победы или до поражения. И националисты, нацисты — это пешки в чужой игре. И украинские политики тоже (даже более взвешенные из них — если там такие остались). Пешкам всегда уготована одна участь — принесение в жертву. И рано или поздно это произойдет. И Украина в этой игре снова не объект, а субъект.

И сам проект формирования нации и идентичности не заморожен и вполне жизнеспособен. Уже есть попытки запустить проект внутри России, несмотря на то что с началом СВО проявились консолидация россиян и единство общества. Внутренний русский сепаратизм очень быстро может стать разрушительным для всей страны, приобрети он размах. Это может произойти на Русском Севере, или, например, в Новгородской области. Но скорее всего, все силы западных фондов, политиков, разведок будут направлены на Сибирь.