Украина. Геополитический миф

В 1846 году, было это просто совпадением или нет, но произошли два важных события. В Москве впервые официально издали «Историю русов…», а в Киевском университете возник кружок молодых, прогрессивных и либеральных интеллектуалов — Кирилло-Мефодиевское братство. Возник он по инициативе Николая Костомарова — молодого профессора университета святого Владимира. Он — и это важная деталь в этой истории — был выпускником Харьковского университета, того самого, где так сильно было польское влияние. И хотя Костомаров поступил туда уже в 1833 году, после Польского восстания, когда многие активные участники польского проекта по отрыву Малороссии от России были вынуждены бежать в Европу, антироссийская ультралиберальная и пропольская идеология осталась в стенах Харьковского университета столь же сильной. Во время учебы Костомаров заинтересовался историей Малороссии, Слобожанщины, слободских казачьих полков, как многие молодые интеллектуалы той эпохи он увлекся «хождением в народ» — это, кстати, лишнее доказательство того, насколько расслоенным было общество. Высшие и низшие классы жили словно в разных Россиях. Костомаров выучил малороссийский диалект (уж простите, но не было тогда украинского языка), о чем он сам писал в воспоминаниях.

Мною овладела какая-то страсть ко всему малороссийскому. Я вздумал писать по-малорусски, но как писать? Нужно учиться у народа, сблизиться с ним. И вот я стал заговаривать с хохлами, ходил на вечерници и стал собирать песни…

Скоро я пришел к убеждению, что историю нужно изучать не только по мертвым летописям и запискам, а и в живом народе. Не может быть, чтобы века прошедшей жизни не отпечатывались в жизни и воспоминаниях потомков; нужно только приняться, поискать и верно найдется многое, что до сих пор упущено наукой. Но с чего начать? Конечно, с изучения своего русского народа, а так как я жил тогда в Малороссии, то и начать с малорусской ветви. Эта мысль обратила меня к чтению народных памятников. Первый раз в жизни добыл я малорусские песни издания Максимовича 1827 г., великорусские песни Сахарова и принялся читать их. Меня поразила и увлекла неподдельная прелесть малорусской народной поэзии, я никак и не подозревал, чтобы такое изящество, такая глубина и свежесть чувства были в произведениях народа столь близкого ко мне и о котором я, как увидел, ничего не знал.

По окончании университета он продолжил изучение малороссийской истории. А потом Костомаров стал учителем истории в гимназии в Ровно, позднее в Киеве, а в 1846 году совет Киевского университета избрал Костомарова преподавателем русской истории.

В созданном им Кирилло-Мефодиевском братстве принимали участие педагог и публицист Николай Гулак; писатель, этнограф и историк Пантелеймон Кулиш; преподаватели и студенты Киевского университета. По сути, кирилло-мефодиевцы призывали к разделению России и созданию некоей славянской федерации на осколках империи. В Уставе Братства Костомаров написал:

Принимаем, что при соединении каждое славянское племя должно иметь свою самостоятельность, а такими племенами признаем: южно-руссов, северно-руссов с белоруссами, поляков, чехов с [сло]венцами, лужичан, иллиро-сербов с хурутанами и болгар.

Политические замыслы Братства были грандиозные, они хотели добиться отмены крепостного права в России, организовать у всех славян национальные республики на основе всеобщего избирательного права, объединить все славянские республики в одну общеславянскую федеративную республику с общим парламентом и правительством. Еще один участник организации, товарищ Костомарова, публицист и историк Василий Белозерский написал пояснительную записку к Уставу, в которой содержалась следующая фраза:

Ни одно из славянских племен не обязано в той мере стремиться к самобытности и возбуждать остальных братьев, как мы, Украинцы.

Вскоре Николай Костомаров написал свою прокламацию «Воззвание к Украинцам», в которой говорилось следующее: