Умирающее общество и Анархія

Выше мы показали, что никакія реформы не дйствительны в нашем обществ; поэтому, проповдывать их рабочим значило бы сознательно обманывать их. Мы знаем, с другой стороны, что сами событія неизбжно приведут рабочих к революціи, что экономическіе кризисы, безработица, развитіе машинизма, политическія усложненія – все содйствует тому, что выброшенный на улицу рабочій оказывается вынужденным громким протестом заявлять о своем прав на существованіе. А раз уже революція неизбжна, раз вс реформы ни к чему не служат, то единственное, что нам остается, это – подготовиться к ней. Это именно мы и длаем, когда стремимся идти прямо к цли, предоставляя разным честолюбцам создавать себ карьеру и обогащаться на счет той самой нужды, которой они якобы хотят помочь.

Здсь мы предвидим еще одно возраженіе. «Раз вы сами признаете», скажут нам, «что ваши идеи еще не созрли для осуществленія на практик, то вы, значит, требуете от современнаго поколнія, чтобы оно жертвовало собою для поколній будущих, чтобы оно боролось за идеал, немедленнаго осуществленія котораго вы ему обезпечить не можете?

Мы вовсе не проповдуем никакого самоотреченія; мы только не хотим обольщать себя ложными надеждами и не хотим помогать энтузіастам ими обольщаться. Мы берем факты как они есть, разсматриваем их и длаем выводы; мы видим, с одной стороны, общественный класс, владющій всм и ни от чего не соглашающійся отказаться; с другой – класс, производящій все и ничего не имющій, класс, которому остается или покорно склонить голову перед своими эксплуататорами, потеряв всякую гордость, всякое чувство собственнаго достоинства, все, что возвышает характер человка, и терпливо ждать, пока ему бросят кость, или же возстать и ршительно потребовать того, чего он не может добиться никакими колнопреклоненіями. Для тх, кто думает только о себ, кто хочет наслаждаться жизнью во что бы то ни стало и какою бы то ни было цною, в этой альтернатив, конечно, нт ничего пріятнаго. Таким людям мы посовтуем примириться с требованіями современнаго общества и постараться пробить себ дорогу, не обращая вниманія на то, что попадается им по пути и не боясь раздавить того, кто может им помшать; с ними у нас нт ничего общаго.

Но тому, кто считает, что его свобода – только тогда настоящая свобода, когда она не нарушает свободы боле слабых; тому, кто не может пользоваться наслажденіями, если он знает, что они куплены цною слез других, обездоленных, людей – тому мы скажем, что в признаніи, что для освобожденія нужна борьба, нт никакого самоотреченія с чьей бы то ни было стороны.

Мы признаем, как несомннный факт, что только приложеніе наших идей может дйствительно повести к освобожденію человчества: его дело – хочет ли оно освободиться сразу и цликом, или же всми плодами прогресса всегда должно пользоваться лишь незначительное привиллегированное меньшинство, на счет тх, кто гибнет, производя богатства для других.

Увидим ли мы зарю этого освобожденія? Выпадет ли это на долю современнаго поколнія, или того, которое за ним послдует, или еще позднйшаго? Этого мы не знаем и этим мы не занимаемся. Достиженіе цли выпадет на долю тх, у кого хватит энергіи и огня в сердц, чтобы настойчиво захотть быть свободными.

Глава ХХIII.Правда без прикрас.

Все сказанное в предыдущей глав, несомннно, противорчит обыкновенным рчам членов различных политических партій, которые всегда общают золотыя горы и от малйшей реформы ждут наступленія земного рая для ея сторонников. Но мы, которые не ждем от увлеченій массы никакой личной выгоды, которые хотим, чтобы она выучилась сама управлять собою, – мы не станем обольщать ее ложными надеждами. Для того, чтобы наша мысль была сильне, и наша дятельность имла больше значенія, мы должны ясно видть путь, лежащій перед нами, не обольщаясь никакими иллюзіями, не останавливаясь ни перед какими предразсудками, которые могли бы заставить нас свернуть с истиннаго пути.

Наши идеи станут приложимыми только благодаря энергіи, с которой люди их усвоившіе будут вести свою пропаганду. Их успх зависит от той силы, которую мы сможем отдать в распоряженіе революціи; если же мы до сих пор не прилагаем этой силы, не стараемся сразу перейти от теоріи к практик, то причина этого – мы вполн это признаем – лежит в существованіи различнаго рода препятствій. Если бы наши убжденія можно было приложить к жизни сейчас же, то с нашей стороны было бы непростительным не попытаться этого сдлать. Но препятствія существуют, и наше дло – не отрицать их, а наоборот узнать, в чем они заключаются, и постараться их преодолть. Мы потому именно и ведем пропаганду, что наши взгляды еще нужно стараться проводить в жизнь: если бы они были уже готовы к осуществленію, то для этого достаточно было бы естественнаго хода событій.