В гостях у Снежной Королевы

– Так, – мгновенно посерьёзнел Константин Эдуардович. – А вот с этого момента поподробнее. Как выглядят, как зовут, о чем шли разговоры.

И я выложила про Стаса и Влада все что могла.

– Ладно, хватит о делах, – спохватился Красовский. – Так можно и пищеварение испортить. Давайте-ка, я вам лучше расскажу свежие байки из жизни питерских депутатов…

ГЛАВА 4

…Уже когда мы подъезжали к дому, я спросила Константина Эдуардовича:

– Так как? Мы катаемся завтра на лыжах?

– Легко, – ответил он. – Я заеду за вами часов в десять.

Я попрощалась с ним, и джип с мурманскими номерами вскоре скрылся в ночи. В квартире всё было без изменений. Там, за окном, скрытая темнотой, высилась гора, только сейчас я её не боялась ни сколечко. Потому что теперь была не одна…

…Утром я вскочила как по тревоге и за пять минут до назначенного времени была полностью одета. Я даже сама удивилась, как это так вышло. Но факт остаётся фактом. Когда джип Красовского подъезжал к подъезду, я уже выходила на улицу.

Сегодня Константин Эдуардович встретил меня без сопровождения.

– Доброе утро, – поздоровалась я с ним, залезая в машину. – А где эскорт?

– Доброе утро, Валерия Михайловна! У вас отличный костюм! И он очень вам идёт.

Я тут же расплылась от удовольствия.

– А ребята работают, – как-то неопределённо пояснил он, и мы поехали кататься.

На правах более опытного товарища я взялась опекать Константина Эдуардовича. Познакомила его с Иваном, который с ходу предложил хорошие лыжи и яркий красно-белый комбинезон с курткой. А чуть погодя я выступила в роли инструктора. К чести ученика, он оказался необычайно восприимчивым и мгновенно понял, что от него требуется. Так что, под конец первого часа нашего пребывания на учебном склоне наши роли поменялись. Он довольно свободно скользил вниз, а потом следил, как я барахтаюсь в снегу после очередного падения.

– Мне так нравится смотреть, как вы падаете, – признался он мне после очередного спуска.

– Ну, спасибо, – фыркнула я.

– Нет, правда! – не смутился он. – Многие люди падают некрасиво, я бы сказал, не артистично. Когда они падают, окружающие над ними смеются. Я считаю, что падать нужно уметь. А вот вы падаете так трогательно, что хочется тут же броситься вам на помощь. Будь я режиссёром, я бы вас пригласил на роль хотя бы по этому. Я бы ввёл в сценарий эффектную сцену погони по занесённому снегом ущелью. И вы бы обязательно долго падали, кувыркаясь, как подраненная птица, по склону и, в конце концов, затихли у ног влюблённого в вас героя. Уверяю, зрители бы плакали навзрыд…

Но тут в его кармане зазвонил мобильный телефон и он поневоле отвлёкся. А я задумалась, как это заявление расценивать? Как шутку, или комплимент?

– Валерия Михайловна! Если вы не против, может быть мы съездим на вокзал? Посмотрим, нет ли среди отъезжающих ваших попутчиков, – предложил он, закончив разговор.

Пришлось поспешить, но все же мы успели в срок. Поезд только подходил к перрону, а я уже убедилась, что Стаса и Влада среди пассажиров нет!

– Значит, нам суждено встретиться с ними, – задумчиво проговорил Константин Эдуардович.

– А вот и не обязательно, – возразила я ему. – Они вполне могли, вашим же путём, уехать на машине в Мурманск. Может быть, у них там дела. Они же мне не говорили, что возвращаются именно в Питер.

– Может быть, может быть, – рассеянно отвечал мне Красовский.

– А что мы теперь делать будем? – поинтересовалась я.

– Отдыхать, – улыбнулся он. – Конечно, если вы вдруг захотите сидеть неотлучно у телефона, и нервно заламывая руки, ожидать звонка похитителей, то я препятствовать вам не стану. Однако, посещение вчерашнего ресторанчика, думаю, более благотворно скажется на вашем самочувствии. Ну, а там по обстоятельствам.

И мы вернулись в Кировск. Вот только предложенные в «Имандре» шашлыки из осетрины и запечённые перепела не отвлекли меня от грустных мыслей о Сергее. Вполне возможно, что он сидит, прикованный к батарее наручниками, в доме, напротив ресторана. Голодный, грязный, может быть, даже его били. А мы здесь лакомимся деликатесами. А с другой стороны, что мне теперь из солидарности в рубище переодеться и голову пеплом посыпать? Это глупо. И я сосредоточила своё внимание на десерте.

Обед плавно растянулся во времени до вечера, и настала пора ехать домой. Константин Эдуардович решил составить мне компанию. С собой он прихватил из джипа не замеченный мною прежде кейс.

Сегодня я впервые увидела Красовского изумлённым. Он остановился перед входной дверью, как перед произведением искусства.

– Однако! ЭТО следует рассматривать не более, как условный символ, нежели реальную преграду, – он немного помолчал и добавил: – Валерия Михайловна! Я сейчас осмотрю вашу квартиру на предмет поставленных «жучков».

Я тихо-тихо открыла дверь, пропустила гостя вперёд, и вслед за ним на цыпочках вошла в коридор. Мы разделись в режиме сохранения тишины, что придавало нашим действиям ореол таинственности и заставляло кровь быстрей бежать по жилам.