В начале войны

Международную обстановку к началу войны нельзя признать благоприятной для нас. Определенные круги Англии, опасаясь попыток Гитлера форсировать Ла-Манш, прилагали все усилия, чтобы втянуть нас в войну. Американский империализм полностью поддерживал их. Наш народ и наше правительство, конечно, понимали полную вероятность нападения на нас фашистской Германии. Очень важным, однако, было оттянуть его, ибо в тот период наша армия не была полностью подготовлена к войне.

Я писал в начале книги о выработанной партией военно-стратегической доктрине, соответствовавшей тогдашним условиям войны. Но для того, чтобы на ее основе подготовить войска, реорганизовать их, модернизировать и заменить устаревшую технику, научить войска владеть ею, подготовить командные кадры к вождению войск - на все это надо было время, и немалое.

Известно, что самым важным и необходимым качеством армии является ее постоянная боеготовность, соответствующая уровню современных требований в каждый данный момент.

Конечно, недостатки в строительстве армии были во многом связаны и с потерей ее руководящих кадров в результате нарушений социалистической законности. Это не значит, что люди, назначенные на высшие командные должности, вообще не были способны руководить армией. Но им не хватало опыта и знаний, так как они были выдвинуты подчас через две-три ступени командной лестницы. Эти люди, за небольшим исключением, показали себя способными военачальниками, но их учеба и опыт приобретались в труднейших условиях и стоили всем нам очень дорого.

Так, например, командующие наиболее ответственными округами генералы Кирпонос и Павлов были недавними командирами дивизий и нужного опыта для руководства фронтами не имели. Генерал армии Жуков до своего назначения начальником Генерального штаба никогда не руководил вообще никаким штабом.

Понимание нашими высшими государственными инстанциями, которым надлежало блюсти безопасность страны, а именно Председателем Совета Министров, Народным комиссариатом иностранных дел и Генеральным штабом того, что начало войны с Германией в данный момент наименее выгодно для нас, привело их, однако, к неверным действиям. Вместо того чтобы, максимально форсируя осуществление всего комплекса оборонных мероприятий, одновременно принимать активные контрмеры против возможных вероломных действий врага в каждый данный момент, эти органы пошли по линии попыток всеми возможными способами избежать возникновения поводов для нападения Германии на нас. В этом, конечно, не выражалась вера в добропорядочность нацистов. На Сталина могла, однако, оказать определенное влияние распущенная гитлеровцами версия о том, что после Польской, Французской и Балканской кампаний наступит длительная пауза в войне.

Наш Генеральный штаб располагал данными о непосредственной опасности нападения на СССР, но не сумел убедить Сталина в их бесспорности, так же как и показать ему их действительное значение. Не были направлены также все усилия разведки на получение как можно большего количества данных. Следовало при первых же сигналах о концентрации войск Германии на наших западных границах усилить и всячески укрепить наши разведорганы. Имелась определенная возможность и принятия контрмер такого порядка, проведение которых не является прерогативой правительства. Однако Наркомат обороны и Генеральный штаб оказались в этом отношении не на высоте.

Исходя из сказанного, следует подчеркнуть, что с политической точки зрения война не была внезапной для нашего государства, но с военно-стратегической такая внезапность была налицо, а с оперативно-тактической она была абсолютной. Вот что записал в своем дневнике начальник генерального штаба сухопутных войск генерал-полковник Гальдер 22 июня 1941 г.:

Наступление наших войск явилось для противника полной тактической внезапностью... О полной неожиданности для противника нашего наступления свидетельствует тот факт, что части были захвачены врасплох в казарменном расположении, самолеты стояли на аэродромах в брезентовых чехлах, а передовые части, внезапно атакованные нашими войсками, запрашивали командование о том, что им делать. Можно ожидать еще большего влияния элемента внезапности на дальнейший ход событий в результате быстрого продвижения наших подвижных войск...{1}

Таковы были в основном те неблагоприятные для нас факторы, которые обусловили столь тяжелое развитие событий в начальный период войны. Для гитлеровцев дело обстояло как раз наоборот.