В постели с бактериями. История, наука и секреты микроскопических существ, о которых не принято говорить

Зачастую СИЗам не хватает ключевой информации. Нулевой пациент может сказать: «Я не знаю, как зовут парня, с которым я переспал, в нем где-то 1 метр 80 сантиметров роста, у него темные волосы, карие глаза. Он из Калифорнии. Работает в какой-то пиццерии где-то на Платт-авеню». Поттерет отправляется на эту улицу, ищет пиццерию, заходит, смотрит на сотрудников, ищет того, кто соответствует описанию, потихоньку отводит в сторону и спрашивает: «Эй, вы не из Калифорнии?» Может, удастся найти того, кто нужен.

Если Поттерет уверен в том, что нашел контакт, но поговорить наедине возможности нет, он дает человеку конверт, на котором ничего не написано. Внутри лежит записка с номером телефона и сообщением о необходимости побеседовать насчет серьезной проблемы со здоровьем. Главное – соблюдать осторожность: нельзя употреблять слова «секс», «венерические болезни», вслух эти слова произносить тоже нельзя. СИЗ не показывает значок, чтобы заставить человека говорить, он же не из полиции нравов; люди отвечают на его вопросы и позволяют отследить свои контакты добровольно.

Если бы вы знали, что у вас на работе появится тип со старомодной прической и станет говорить, что вы могли заразиться венерической болезнью, вы бы наверняка попытались избежать встречи с ним, и в этой ситуации эффект неожиданности был Поттерету на руку: никто не знал о его визите до тех пор, пока он не приходил. Если возможность поговорить наедине была, он сначала представлялся, произносил стандартную речь, упоминая свои полномочия и то, что человеку гарантирована конфиденциальность, и только потом с осторожностью сообщал: «Вы могли заразиться сифилисом. Я хочу пригласить вас в нашу клинику, где вы сможете сдать анализы и пройти лечение». Иногда такие новости шокировали людей, они злились; бывало, что перед носом Поттерета хлопали дверью, но СИЗ обезоруживал их своей настойчивостью, и в итоге ему удавалось разговорить практически любого.

Одной из главных составляющих успеха в этом деле было сочувствие – люди проникались им и открывались Поттерету, рассказывали не только о своей половой жизни, но и о других проблемах – насилии, вредных привычках, проблемах с деньгами. Речь Поттерета всегда была простой, он не использовал жаргон. «С семилетним ребенком я говорю так же, как с папой римским». Чем бы человек ни занимался, к какой бы расе и какому классу он ни относился: «Я всегда видел перед собой человека. И люди это чувствовали».

А еще Поттерет знал, на какие рычаги надавить, чтобы получить нужную информацию. Если выяснялось, что центром заражения гонореей являются местные проститутки, СИЗ сначала отправлялся к сутенерам. Однажды сутенер решил еще до разговора присмотреться к Поттерету и предложил: «Эй, белый, в пул играешь?» (Поттерет играл, но плохо.) Сутенер положил на стол 20-долларовую банкноту и сказал: «Я могу надрать тебе зад». Поттерет положил свою двадцатку рядом, зная, что проиграет деньги, «но играть все равно согласился».

И он их действительно проиграл, зато заслужил уважение сутенера и в итоге получил имена и телефоны женщин, которые на него работали. Поттерет убедил их прийти в вендиспансер, сдать анализы и пройти лечение. Молва о том, что Поттерет – нормальный парень, вскоре обеспечила ему доверие и проституток, и сутенеров. СИЗ знал, что у представительниц древнейшей профессии рабочий день ненормированный, поэтому часто давал свой домашний номер телефона (дело было до появления сотовых телефонов). Дети Поттерета выросли, принимая звонки от проституток и их сутенеров по вечерам и в выходные.

Другой группой с высоким риском распространения ИППП были местные банды мотоциклистов. Для байкеров сексуальный параллелизм – обычное дело, мужчины и их подруги часто меняют партнеров, инфекции внутри таких сетей распространяются очень быстро.

За многие годы Поттерет сдружился с теми байкерами, которые были «постоянными клиентами» вендиспансера. Однажды Майк, лидер одной из местных банд, пришел в таком состоянии, которое требовало незамедлительного врачебного внимания. «Не хочу торчать тут с этим сбродом, – сказал он. – У меня дела».

Администратор позвала Хелен Циммерман, младшую медсестру диспансера, которая «справится с кем угодно», как ласково описал ее способности Поттерет. Таким сорвиголовам, как Майк, она советовала прятать ножи до того, как этими ножами им отрежут «самое любимое». Циммерман подошла к Майку вплотную и грозно на него посмотрела. «А теперь слушай сюда», – начала она, приковав к себе его внимание. Майк попятился – может, она напугала его своим тоном, а может, видом. «У всех байкеров из этих банд тоже есть мамы», – объявила она².

После того как Циммерман осмотрела Майка, тот заглянул к Поттерету поздороваться; байкер широко улыбался. Циммерман нашла у Майка уретрит (воспаление уретры) и дала антибиотики, сказав, что болячка ерундовая.