В постели с бактериями. История, наука и секреты микроскопических существ, о которых не принято говорить

Мэтью Голден (Matthew Golden), директор департамента профилактики ИППП/ВИЧ округов Сиэтл и Кинг штата Вашингтон, считает, что мы должны изменить саму цель информирования партнеров. Не нужно считать успехом один лишь тот факт, что СИЗам удастся выяснить имена некоторого количества партнеров и найти этих людей. Нужно попытаться найти ответ на другой вопрос: «Что можно сделать в интересах этих людей, как улучшить здоровье отдельного человека и всего общества?» Голден считает, что мы должны осмысливать проблему комплексно, особенно если речь идет о взаимодействии с той частью населения, которая больше других подвержена риску. Поскольку сифилис и ВИЧ часто соседствуют, Голден полагает, что возможность повлиять на распространение сифилиса может положительным образом сказаться на профилактике ВИЧ и наблюдении за пациентами с этим вирусом.

«Я думаю, партнерский сервис по сифилису – отличный способ рассказать о преимуществах доконтактной профилактики ВИЧ (ДКП)… возможно, в некоторых местах она поможет выявить ВИЧ-положительных, но не состоящих на медицинском учете людей». Однако учитывая, что в эпоху интернета выяснить настоящие имена партнеров и установить их местоположение трудно, он понимает, что партнерский сервис имеет на распространение сифилиса очень скромное влияние.

Сегодня, в эпоху мобильных приложений, на федеральном уровне обсуждают, должны ли вездесущие департаменты здравоохранения и дальше извещать партнеров пациентов о заражении ИППП, особенно гомосексуалистов, на долю которых приходится большая часть заражений. Те, кто поддерживает эту практику, упирают на то, что преимущества, которые служба дает пациентам и их партнерам, ее полностью оправдывают. Противники высказывают мысль о том, что информирование партнеров не снижает общий уровень заражения (даже при том, что других альтернатив-то и нет). Несмотря на то что информирование партнеров применяется с 1930-х годов, никто не проводил глубокого изучения этой практики. По данном кокрановского исследования 2013 года, нет достаточно обширной доказательной базы, позволяющей судить о том, как уведомление партнеров департаментом здравоохранения влияет на снижение распространения ИППП²².

Наконец, встает вопрос финансирования. По данным Дэвида Харли (David Harley), руководителя национальной коалиции глав департаментов по контролю и профилактике ИППП, «[в 2018 году] финансирование закупок сократилось на 40 %. Это означает, что департаменты штатов и местные департаменты здравоохранения, которые реализуют программы ИППП в основном при поддержке федерального финансирования, работают с теми же бюджетами, что и пятнадцать лет назад».

Сегодня на улицах работает меньше СИЗов, чем в 2003 году, и им гораздо сложнее разыскивать партнеров пациентов. Голден считает, что «ресурсы, которыми сегодня располагают партнерские службы, не соответствуют масштабу проблемы, с которой эти службы призваны бороться».

Эпидемия ИППП набирает темпы, и на переднем плане борьбы с нею необходимы СИЗы, способные докапываться до истины. У них тяжелая работа, процесс розыска и информирования партнеров не совершенен, однако эту деятельность нужно продолжать, пока не появятся альтернативы получше. Но должны ли СИЗы прочесывать улицы в поисках сексуальных партнеров пациентов? Может, им нужно работать в интернете и использовать дейтинг-приложения для поиска нулевых пациентов и их партнеров? Будущее извещения партнеров о заражении ИППП остается туманным, но какой бы метод ни был выбран, сегодня СИЗам приходится толкать свои валуны в гору, препоясав чресла: гора становится все круче, и карабкаться по ней – все труднее.

Глава седьмаяСифилис на оба ваших домаО загадках и хворях сифилиса

Сделаем сифилис снова великим

Из недр дома доносятся душераздирающие вопли.

Обычная история – братья опять что-то не поделили. Никакого логического объяснения этому нет – в подвале, превращенном в игровую комнату, столько игрушек, что каждый из них ежедневно на протяжении многих недель может играть с новой и ему не придется делиться с братом. Но какая тут логика, когда каждый считает, что «это мое, отдай».

Крики не стихают. Опасаясь развязки в духе Каина и Авеля, я свешиваюсь с лестницы посмотреть, что происходит. Два мальчика (восьми и трех лет) дерутся за плюшевого зверя – розового, свернувшегося кольцами червяка с черными глазками-бусинками. На ярлычке существа значится слово «сифилис», написанное на шести языках. Мои дети борются за игрушку в форме возбудителя ИППП, увеличенного в миллион раз относительно истинного размера.

– Мама! Зейн не отдает мне сифилис!

– Он мой! У тебя герпес есть!

– Не хочу герпес, хочу сифилис!

– Не жадничай! Поделись со мной!

– Нет! Мое!!

(Вопли не стихают.)