В постели с бактериями. История, наука и секреты микроскопических существ, о которых не принято говорить

Вообще-то это все мои игрушки. Я купила несколько мягких игрушек в форме возбудителей ИППП и повесила их на стену в кабинете, как охотник трофеи, но однажды, когда я взяла сыновей на работу, они их украли; мягкие возбудители инфекций стали желанными трофеями в играх и любимыми компаньонами в спальне. Теперь я живу в страхе услышать, как дети рассказывают людям, что от мамы им достались сифилис, гонорея и герпес.

Старший брат неохотно отдал мягкую игрушку-сифилис младшему, но он так ею дорожил, что я предложила ему купить другую.

– Может, купить еще один сифилис?

– Да. А еще я хочу норовирус и, наверное, кишечную палочку. Может, мне их Санта в этом году на Новый год подарит?

– Да, уверена, Санте это под силу.

Наверное, мои дети – единственные парни в мире, которым нужен сифилис. Все остальные, у кого я его находила, по отношению к инфекции были настроены негативно: они расстраивались, смущались, им было стыдно.

Сифилис считается одной из самых древних венерических болезней; этот зонтичный термин также подразумевает гонорею и такие редкие, вызывающие язвы ИППП, как донованоз, или венерическая гранулема, и шанкроид. Сам термин – «венерические» – вызывает негативные ассоциации с распутством, или неразборчивостью в связях. Из всех венерических болезней именно сифилис – болезнь, уродующая внешность и способная привести к летальному исходу, – считался самым постыдным.

Стыд и позор, окружающие сифилис, появились много веков назад; начнем с того, что никто так и не взял на себя ответственность за знакомство населения с этой инфекцией. Когда в 1495 году в Италии разразилась первая из зарегистрированных вспышек сифилиса, итальянцы быстро нашли виноватых – вторгшихся в страну французов, поэтому болезнь так и стали назвать «французской». Когда болезнь поразила Испанию, врач Христофора Колумба обвинил в этом коренных американцев, населявших Новый Свет. К 1500 году сифилис распространился по всей Западной Европе и добрался до Скандинавских стран, Польши и России. Европейцы привезли инфекцию в Индию, в 1520 году сифилис добрался до Африки, Китая и Японии¹.

По мере того как инфекция захватывала все новые и новые территории, в каждой стране ей давали новое название, содержащее прямое указание того, кто виноват в ее появлении, зачастую – одного из врагов. Англичане вместе с итальянцами называли сифилис французской болезнью, русские – польской, индусы винили португальцев, таитяне – британцев, японцы называли сифилис китайской оспой. Сифилис стал той горячей картошкой, которую никто не хотел держать в руках и перекидывал другому.

Независимо от того, кто был виновен в первой эпидемии сифилиса в Италии, она посеяла хаос среди населения. Сколько жизней тогда унесла болезнь, доподлинно неизвестно, но, по мнению историка Джона Аррицабалаги (Jon Arrizabalaga), автора «Великой оспы», случаев было так много, что потребовалось создать отдельную систему больниц для incurabili – неизлечимо больных сифилисом нищих, которых в обычных больницах принимать отказывались².

Но огромное число заболевших было только частью проблемы. Симптомы французской болезни, описанные историками во время вспышки, были намного серьезнее тех, что мы наблюдаем у заболевших сегодня. Итальянский священник Сер Томмасо ди Сильвестро оставил подробное описание симптомов заболевания, которым страдал он сам. В «Великой оспе» его страдания описываются так: «Вся голова у меня покрылась болячками и корками, боли распространились на правую и левую руку… от плеча к запястью кости болели так, что я никак не мог найти покоя. Потом разболелось правое колено, оно покрылось фурункулами и спереди, и сзади».

С первой эпидемии прошло пять с лишним веков, и сейчас течение инфекции стало гораздо мягче, но это заболевание по-прежнему остается таким же сложным, как раньше. В медицине сифилис называют великим имитатором, потому что он умеет маскироваться под сотни других заболеваний, способен прикинуться чем угодно или вообще никак себя не проявлять. Отец современной медицины, сэр Уильям Ослер (Sir William Osler), подчеркивал, как сложно распознать болезнь. Сегодня одно из его высказываний часто цитируют преподаватели медицинских вузов: «Сифилис нужно знать во всех его проявлениях и отношениях, а все остальное вы обнаружите клинически»³.