В приемной доктора. Закулисные драмы отделения терапии

Врачи общей практики выполняют приятную работу: они осматривают ребенка и умиляются его очарованию, а затем передают младенца медсестре, которая играет роль «плохого полицейского» и вакцинирует его.

Во время осмотра мы, помимо прочего, проверяем гениталии ребенка. Есть золотое правило осмотра маленьких мальчиков: они всегда должны оставаться в подгузнике, иначе они описают вам брюки. Я внимательно осматривал Арчи, радостно ворковавшего на кушетке. Он пытался описать меня, но у него ничего не получилось, потому что я ловко маневрировал его подгузником. Я был вполне доволен собой. Осмотр завершился, и пришла пора одевать Арчи.

– Я сменю ему подгузник, пока он лежит, – сказала мама Арчи, доставая из сумки чистый подгузник.

– Давайте я это сделаю, – любезно предложил я. Мама Арчи выглядела очень уставшей, и она явно была рада посидеть на стуле. Я решил дать ей возможность отдохнуть подольше. Она поблагодарила и протянула мне подгузник.

Я вытащил из-под мальчика грязный подгузник и, потянув ребенка за ноги, приподнял его попу, чтобы просунуть чистый. В тот момент, когда его анус был направлен прямо на меня, Арчи решил опорожнить кишечник. Струя фекалий вылетела из его заднего прохода и приземлилась мне на рубашку.

Это было что-то новое. Никто меня о таком не предупреждал.

Мама Арчи была в ужасе:

– О, мне так жаль! У него жидкий стул и газы с того момента, как мы перешли на смесь другой фирмы. Медсестра сказала, что это пройдет через несколько дней.

Эта история отлично заходит на вечеринках.

Прошла пара недель с инцидента с испачканной рубашкой, и прием пациентов был в разгаре. Утром пациент подарил мне коробку конфет, и я честно планировал угостить коллег, но в течение приема я постепенно съел самые вкусные конфеты, оставив лишь рахат-лукум и кофейную помадку. Я успокаивал себя тем, что это топливо для мозга.

Клиффорд Баркер сел напротив меня. Это был 44-летний мужчина, который ранее практически не болел. На улице шел дождь, и его пальто насквозь промокло.

– Отвратительная погода, – пожаловался он.

– Сегодня один из тех дней, когда я рад сидеть за столом, – ответил я. – Чем могу помочь, мистер Баркер?

– Меня пару дней беспокоит ноющая боль в левом боку. Я просто хотел удостовериться, что это не что-то серьезное.

– Ясно, опишите свою боль.

– Ну, она здесь, в левом боку, – сказал он и положил руку на живот слева, прямо под ребрами. – Она усилилась.

– Боль присутствует постоянно или то появляется, то исчезает?

– Я чувствую ее все время, но иногда она усиливается.

– Вы замечали что-то, что ее облегчает или усугубляет? – спросил я.

Он недолго подумал, а затем покачал головой. Я попросил пациента лечь на кушетку, чтобы я мог пальпировать его живот. Мужчина слегка поморщился, когда я прощупывал живот слева, но живот был мягким, и меня ничего не насторожило. Учитывая симптомы, я предположил, что всему виной камень в почке.

– Мистер Баркер, вам нужно сдать мочу на анализ, чтобы исключить камень в почке. У вас получится сделать это прямо сейчас?

– Да, конечно, – ответил он.

Я протянул ему баночку:

– Когда вы закончите, я сразу сделаю анализ.

Мы постоянно делаем анализы мочи пациентов, или «жидкого золота», как говорил один из моих преподавателей. Большинство врачей используют то ценное время, пока пациент находится в уборной, чтобы заполнить медицинскую карту. Я сел за компьютер и стал делать записи в карте мистера Баркера.

Набирая текст, я понял, что мистер Баркер не выходил из кабинета. Он просто спустил брюки, прицелился и с поразительной точностью попал в баночку. Он остановился как раз вовремя, чтобы емкость не переполнилась.

Мистер Баркер протянул мне банку с еще теплой мочой.

– Знаете, мистер Баркер, большинство пациентов делает это в уборной, – как бы невзначай заметил я, окуная в мочу тест-полоску.

– Я служил в Королевской морской пехоте, доктор Хан. Когда врач говорил сдать мочу, мы просто спускали брюки и мочились в банку, – сказал он. – Старые привычки.

Я пожал плечами. Хорошо, что я не попросил его сдать кал. Честно говоря, он очень сэкономил время, а в нашей работе каждая секунда на счету. Тест-полоска показала кровь в моче, что в сочетании с болью указывало на камень. Я связался с урологом из больницы и записал мистера Баркера на обследование.

После его ухода я закончил заполнять его карту и посмотрел на то место, где он сидел. На полу была небольшая лужа. «О нет!» – подумал я. Возможно, мистер Баркер не так хорошо контролировал свой мочевой пузырь, как я сначала подумал. Я осмелился приблизиться лицом к жидкости, ожидая, что мне в нос ударит запах мочи. К счастью, мистер Баркер оставил после себя лишь лужу дождевой воды.