В приемной доктора. Закулисные драмы отделения терапии

Это был важный для меня вопрос, поскольку я хотел больше узнать о мыслительном процессе пациентки.

– Нет, я не думаю, что у меня что-то серьезное. Честно говоря, я уже и не надеюсь найти причину. Я просто хочу избавиться от боли и снова жить нормальной жизнью.

Элли перестала плакать. Теперь она была сосредоточенной.

– Влияет ли боль на ваше поведение? – уточнил я.

Элли кивнула.

– Насколько сильно?

Элли не ответила, и я попробовал другой подход.

– Элли, иногда люди с хронической болью чувствуют себя настолько плохо, что им больше не хочется жить. У вас бывают такие мысли?

Все это время я поддерживал с ней зрительный контакт. Она кивнула.

Врачи понимают, что любое хроническое заболевание, ухудшающее качество жизни пациента, пагубно влияет на настроение.

Нам приходится спрашивать пациентов о самоповреждающем поведении, которое требует незамедлительного медицинского вмешательства. Сейчас уже не считается, что вопросы о самоповреждениях могут побудить человека причинить себе вред.

– Элли, вы когда-нибудь хотели или планировали причинить себе вред?

Элли решительно закачала головой.

– Я никогда не поступлю так со своими детьми. Я хочу выздороветь ради них, – прозвучал категоричный ответ.

– Вы когда-нибудь принимали препараты, которые действительно снимали боль? – спросил я, удовлетворенный ее ответом на предыдущий вопрос.

– Мне делали инъекции, но эффект от них продлился всего две недели, после чего боль вернулась.

– Я рад, что вы пришли ко мне сегодня, Элли. Я сделаю все возможное, чтобы вам помочь. Позвольте спросить, чего именно вы от меня ждете?

– Может, вы назначите мне другие обезболивающие препараты? Таблетки, которые я сейчас принимаю, не помогают. Знаете, доктор Хан, я раньше занималась бегом и мне это по-настоящему нравилось. Я представляла на соревнованиях свою школу и даже графство. После рождения детей у меня уже не было времени на соревнования, но я состояла в клубе бегунов и участвовала в марафонах. Я не бегала уже шесть лет.

Элли уже не была во власти эмоций. Она просто пыталась объяснить мне, как сильно боль изменила ее жизнь.

– Я тоже бегаю, – ответил я. – Думаю, мне пришлось бы нелегко, если бы я не мог делать это регулярно.

– Должно же быть какое-то эффективное обезболивающее, которое я еще не пробовала!

Элли принимала три разных обезболивающих препарата. В ее карте было сказано, что ранее она пробовала и другие лекарства, но они оказались неэффективными.

Для врачей облегчение боли – это как игра, где ворота постоянно перемещают. Чтобы все получилось, нужно вести с пациентом откровенные и сложные разговоры. Когда я только начал работать врачом общей практики, у меня был выбор из нескольких обезболивающих, но со временем врачам стало больше известно о побочных эффектах нашего «излюбленного» препарата, и рекомендации изменились. Главная группа обезболивающих препаратов – это опиоиды, такие как кодеин, трамадол и морфин. Известно, что опиоидные препараты эффективно снимают боль при краткосрочном применении, однако при долгосрочном применении у пациентов возникает резистентность, из-за которой для достижения такого же эффекта приходится повышать дозу. Кроме того, они вызывают зависимость. Пугающая статистика показывает, что в США и Великобритании огромное количество людей годами принимают опиоиды, следуя рекомендациям врача. Сегодня врачи стараются назначать опиоидные анальгетики только на короткий срок и переводить тех, кто давно их принимает, на более низкую дозу.

Но в каком же положении оказываются пациенты? Большинство из них принимают эти препараты по рекомендации врачей и регулярно получают на них рецепты. Они доверяют своим врачам, но у них неожиданно выбивают почву из-под ног. Им звонят и говорят, что им нужно сократить количество таблеток, которые они принимают каждый день, а впоследствии и вовсе от них отказаться. Любые проблемы, возникающие в период отвыкания, списываются на абстинентный синдром, и пациентам советуют покрепче сжать зубы и терпеть, пока не станет легче. Безопасных альтернатив очень мало.

Большинство современных обезболивающих препаратов тоже вызывают привыкание или имеют тяжелые побочные эффекты.

Это тяжело для обеих сторон.

Я давно понял, что борьба с хронической болью – невероятно сложная задача, поэтому я посетил семинар на эту тему, проведенный врачом общей практики, которая специализировалась на работе с пациентами с хронической болью.

– Представьте, что боль как подушка, которую вы носите с собой, – сказала она. – Ее вес не такой уж большой. Когда боль вызывает депрессию, к этой подушке добавляется тяжелая книга. Бессонные ночи – это еще одна тяжелая книга. Разрыв отношений с друзьями из-за боли – еще одна книга. Когда к подушке добавляется целая стопка книг, боль становится невыносимой. Нам нужно сделать так, чтобы пациенты снова носили с собой только подушку.