В спецслужбах трех государств

Сегодня, будучи не заинтересованным и не предубежденным, хочу отметить, что руководители республики, лидеры различных политических партий в тот судьбоносный период становления украинской государственности сумели переломить митинговые и эмоциональные тенденции, реалистично взглянуть на задачи реформирования органов безопасности республики, что позволило заложить демократические основы службы безопасности государства Украины, избежать крайних мнений о судьбах и социальной защите работавших в советское время сотрудников КГБ. Позитивную роль играла четкая позиция руководства и всего личного состава КГБ УССР, которых нельзя было обвинить в нарушении законов в последние годы советской власти.

После одобрения в Верховном совете образования СНБУ мы вместе с В. Дурдинцом провели встречу с журналистами. Интерес к переменам в органах безопасности республики был исключительно велик. Пресса и раньше не обходила нас стороной, а тут и подавно, ведь впервые парламентом проведены масштабные преобразования в бывшем союзно-республиканском ведомстве. К тому же такой серьезной реформе не подвергалось в республике ни одно министерство. Нам пришлось пожинать результаты авантюры ГКЧП, ошибок руководства нашего союзного ведомства. Присутствующих интересовал главный вопрос: «Чем принципиально отличается СНБУ от КГБ УССР?» Мы объясняли, что особо важное значение имеет то, что СНБУ стала республиканским и самостоятельным органом государственной безопасности. Взаимоотношения с союзными органами (а в эти дни еще продолжал существовать КГБ СССР во главе с В. Бакатиным) намечалось строить на двусторонней договорной основе. Структура и задачи новой украинской спецслужбы не были механически спроецированы с КГБ УССР. Создавалась классическая спецслужба: СНБУ не входила в структуру исполнительной власти республики, хотя КГБ УССР на правах министерства был в составе Совета министров, но полностью зависел от Политбюро ЦК КП Украины.

Мы рассказали журналистам о новых направлениях работы подразделений, которые будут образованы в СНБУ, что последующая кадровая политика не предполагает идеологической чистки или немотивированных увольнений оперативного состава. Вносились существенные изменения в задачи и функции, появились совершенно новые направления, в частности военная контрразведка, служба внешних связей и другие. Назначение руководителей и сотрудников предусматривало процедуру индивидуального подбора с учетом компетентности, современной мотивации деятельности сотрудников, выводов служебных аттестаций за время работы в КГБ.

Дурдинец заверил общественность, что деятельность комиссии Верховного совета Украины по реорганизации органов безопасности привела к положительным итогам. СНБУ будет представлять собой эффективную спецслужбу по защите интересов украинской государственности. Главным залогом этого являлось то, что реформирование проходило «під прискіпливими поглядами» Верховного совета, многих депутатов и лидеров политических партий.

Москва безмолвствовала: ни из президентских структур, ни от законодательной власти в отношении преобразований органов госбезопасности республики не поступило никакой реакции. С КГБ СССР реальной возможности советоваться не представлялось. Коллегия КГБ СССР после путча была разгромлена, у нового председателя КГБ СССР Бакатина руки не доходили до судеб республиканских органов безопасности. Ему предстояло реализовать порученную Горбачевым и Яковлевым миссию — до основания разрушить КГБ СССР. Наступили времена, существенно отличающиеся от двадцатых годов, когда при огромной поддержке русского народа, Ленина и Дзержинского, сотен российских чекистов создавалась и начала функционировать ВУЧК — орган безопасности досоветской независимой революционной Украины.

На вопрос журналистов, не произошла ли вместо реформирования «смена вывески», ведь украинскую секретную организацию возглавил тот самый человек, который руководил КГБ Украины, Дурдинец ответил, что «это вынужденный шаг Верховного совета». Судя по задаваемым вопросам, отношение журналистов ко мне было вполне лояльным. Я отказался отвечать лишь на вопрос о дальнейших личных планах. После принятия Верховным советом Украины основных документов о СНБУ, считал, что выполнил, как сумел, свою миссию, реализовал программу создания новой спецслужбы и сохранения основного действующего кадрового состава.