Великие империи Древней Руси

В 791 г. франки выступили на Аварский каганат. Эта держава в значительной мере успела разложиться. Награбленные колоссальные богатства не пошли ей впрок. Как потом признавались сами авары, их сгубили любовь к роскоши и вино. Именно в это время в Паннонии были разведены обширные виноградники. Авары пристрастились к пьянству, итальянские и еврейские работорговцы поставляли им в любых количествах танцовщиц, наложниц, мальчиков для удовольствий. А воинская сила сходила на нет. Когда войско франков дошло до Венского леса, где располагались пограничные укрепления каганата, авары их бросили и стали отступать. Но и латники Карла оказались плохо приспособленными для степной войны в венгерской пуште, не могли настичь врага. У них начался падеж лошадей, и пришлось повернуть восвояси.

Карл принялся готовить новый поход, но авары оставались хитрыми и опытными дипломатами. Не скупясь на золото, повели интенсивные пересылки посольствами, вовлекая в альянс всех, кто имел причины для недовольства франками — саксов, фризов, лютичей. И в 792–793 гг. в Саксонии вспыхнуло новое восстание, еще и похлеще прежних. Присоединились фризы и лютичи, с аварами поддерживалась регулярная связь. Были перебиты франкские гарнизоны, священники. Возводились алтари прежних богов. Да, с точки зрения нынешней психологии это может показаться удивительным, но массы саксов, уже полностью окрещенных, готовы были сражаться и погибать за возврат старой веры — в том числе и за возможность приносить в жертву собственных сыновей и дочерей.

Карл в момент восстания как раз вел войска в Паннонию. Но, узнав о случившемся, повернул в Саксонию. А против аваров стал формировать вторую армию, которую возглавили его лучшие полководцы — зять короля Герольд и граф Эрик Фриульский. Пошла борьба на два фронта. Драка с саксами шла теперь с крайним ожесточением. В 795 г. Карл дошел до Нижней Эльбы. Узнав, что саксы убили его союзника и личного друга, князя ободритов, он страшно разгневался, приказал казнить и продать в рабство 7 тыс. пленных. Селения разорялись. Треть населения, уцелевшего в резне, была депортирована за Рейн, в глубь франкских земель.

А в Паннонии несколько операций завершилось безрезультатно. Но в 795 г. франки догадались привлечь к войне хорутан (словенцев) и хорватов. Армия сразу удвоилась за счет славян. Они побывали в подданстве каганата, ненавидели его. И знали аваров и их страну гораздо лучше, чем франки. Новый поход возглавили Эрик Фриульский и хорутанский князь Войномир. Врага разгромили, взяли один из городов-рингов. Добить каганат Карл поручил своему сыну Пипину. Снова пригласил славян. А вдобавок заключил союз с царем Болгарии Крумом. И на Паннонию обрушились удары с двух сторон.

Тогда авары убили своего кагана, главных вельмож и выслали к Пипину делегацию, соглашаясь капитулировать и выдать ему всю знать. Но он переговоры вести не стал, прошел по их стране, разоряя все на своем пути, и захватил главный ринг. Трофеи достались огромные, только золотом и драгоценностями нагрузили 15 подвод. Эйнгард сообщал: «Нельзя указать другой войны, во время которой они (франки) смогли бы столько приобрести и так обогатиться. Ведь до сих пор франки считались почти бедными, а теперь они захватили в аварской столице столько золота и серебра и в битвах овладели такой драгоценной добычей, что поистине можно считать, франки законно исторгли у гуннов то, что прежде гунны незаконно исторгали у других народов». Немало богатств было взято и в остальных рингах. И, кстати, именно эти сокровища во многом обеспечили финансовую основу формирующейся Западной цивилизации.

Правда, с побежденными Карл обошелся милостиво. Согласился признать их лишь своими вассалами, и летописцы сообщали: «Дикая нация вошла под скипетр Карла». В 798 г. он направил миссионеров и в Каринтию, чтобы обратить в христианство своих подданных славян. Несколько епископов и целый легион священников были направлены в Паннонию для обращения аваров. Но только оказалось, что… крестить там почти некого. Потому что окрестные славяне давно точили зубы на аваров. И как только рухнуло их государство, рассчитались сполна. Современник писал: «В Паннонии не осталось в живых ни одного ее обитателя, а место, в котором находилась резиденция кагана, не сохранило и следов человеческой деятельности. Вся знать гуннов была в этой войне перебита, вся их слава — предана забвению». Русский летописец отобразил ту же картину более лаконично: «Погибоша аки обре».