Великие империи Древней Руси

Но задолго до этих событий Владимир понял, что победой дело не пахнет и увязнуть в болгарской каше можно очень крепко. В отличие от Святослава он осознал и то, что движение на Балканы Руси не нужно. Владимир уже собрал самое крупное в Европе государство. Следовало укреплять и развивать его, а не расширять без конца. То, что требовалось Руси — выход к морю, она получила. Оставалось только закрепить этот успех вместо того, чтобы лить кровь за чужие интересы. И посольство Владимира действительно посетило Константинополь. Но не для «выбора» веры, а для переговоров о мире. С которыми соединились и переговоры о крещении. Князь прекрасно понимал, что греки постараются соединить религию с политикой, прибрать Русь под свое влияние. Как избежать этого? Он потребовал скрепить мир и союз браком с византийской царевной. Что ставило Русь на равную ногу с империей.

И момент был выбран удачно. Положение Константинополя было аховым. Болгары с русскими нанесли грекам тяжелые поражения. А пример полководцев Никифора Фоки и Иоанна Цимисхия, захватывавших царство и правивших от имени Василия II и его брата Константина, оказался заразительным. Сперва после смерти Цимисхия поднял бунт его лучший военачальник Варда Склир. Беспрепятственно шел на Константинополь, города и войска переходили на его сторону. Тогда правительство Василия II додумалось сделать ставку на Варду Фоку. Племянника Никифора, который бунтовал при Цимисхии и был подавлен Вардой Склиром. Он содержался в ссылке под строгим надзором, но был выпущен, обласкан и отправлен против мятежника. Фамилия Фоки все еще была популярной у военных, они стали переходить под его знамена. Варда Склир был разбит и бежал к арабам.

Но… прошло совсем немного времени, и поднял бунт победитель, Варда Фока. И тоже триумфально двинулся на Константинополь. С запада болгары, с востока Фока, в Италии греков били немцы. И за предложение Владимира император ухватился с радостью. По условиям договора русские снова признавались «друзьями и союзниками ромеев», Василий II признавал вхождение в состав Руси Тмутаракани (она превратилась в удельное княжество, сюда Владимир направил своего сына Мстислава). А в жены великому князю была обещана сестра Василия и Константина Анна. За это Русь выделила вспомогательный корпус в 6 тыс. бойцов, который в 987 г. прибыл в Византию и помог разгромить Варду Фоку.

Состоялось и крещение Владимира в Киеве. Но… он быстро разобрался, что греки, по своему обыкновению, намерены его обмануть. После крещения его приняли в число «подданных» византийского императора, присвоили невысокий придворный чин стольника. Прислали духовников-советников. О браке же с Анной больше не упоминалось. Однако Владимир умел постоять за свои и государственные интересы. В 988–989 гг. последовал поход на Херсонес. Главный оплот Византии в Крыму. Он был сильнейшей крепостью, и со скифских времен его еще не смог взять никто. Но Владимир был упорным и воевать умел. Обложил город с моря и с суши, окружил валами, заявляя, что хоть три года будет стоять, но Херсонесом овладеет. Столь долгой осады не потребовалось. Священник (или епископ) Анастас на стреле перебросил из города записку, указывая, где проходят водопроводы. Вода была перекрыта, и городу пришлось капитулировать. А императору осталось утереться и исполнить обещание, прислать сестру.

В Херсонесе состоялось венчание князя и крещение дружины. В «вено» за невесту Василий II получил обратно город. А в качестве трофеев Владимир увез несколько статуй для украшения Киева. Но не только. «Поем же с собой и Анастаса… и иных многих взя, и пресвитеры корсуньские и диаконы и святые иконы, и честные кресты, и священные сосуды церковные, и прочую священную утварь, и святые книги, и все сие взял на благословение себе». Обеспечил рождающуюся русскую церковь. И забрал здешний клир! Вместо того, чтобы дожидаться священников, которых назначат из Константинополя, и которые одновременно наверняка будут политическими агентами, князь взял херсонитов.

В Крыму население было смешанным, со значительной примесью славян. Часто контактировало с Русью, и было ближе к ней, чем греки. Поступок Анастаса свидетельствует о том, что даже среди здешних священников существовала «прорусская» партия. И связи с ней, вероятно, были установлены еще перед походом. Как бы то ни было, выбором священников-херсонитов князь тоже постарался разграничить духовное и светское. Православие — это одно, а политика византийских царей — увольте, совсем другое. И, кстати, в культурном плане Киев по-прежнему поддерживал тесные связи с Охридой, пока она не была разгромлена греками.