Великие князья Владимирские и Владимиро-Московские. Великие и удельные князья Северной Руси в татарский период с 1238 по 1505 г.

Мы видели, что с Новгородом Василий Васильевич разделался довольно решительно и даже круто; видели такие условия мира с новгородцами, которые следует считать предвестниками падения Господина Великого Новгорода и всех его вольностей. Не так поступал великий князь с младшим братом Новгорода, Псковом. В отношении к последнему великий князь проявлял большую мягкость и желание удовлетворить нередко обращаемые к нему просьбы псковичей. Даже то обстоятельство, что псковичи посылали войско в помощь Новгороду в 1456 г., не навлекло на них дурных последствий, что могло бы быть, если бы хоть сколько-нибудь хотелось великому князю смирить Псков и поставить его в более подчиненное положение. Вероятно, великий князь не считал Псков ни в каком случае опасным и был уверен, что справится с ним, когда ему заблагорассудится. К Новгороду же, как представлявшему собой более солидную политическую силу, Василий не мог относиться безразлично, а потому при всяком удобном случае старался его ослабить. Зато и новгородцы, как сейчас увидим, если не все, то многие питали к нему злобу. В 1460 г. 20 января Василий Васильевич приехал в Новгород с сыновьями, Юрием и Андреем-большим, по выражению некоторых летописей, «миром», т. е. просто посетить свою отчину, Великий Новгород, и поклониться его святыне. К этому другие летописи добавляют, что он приехал «о всех своих управах», что вероятнее: со специальной религиозной целью московские князья обычно ездили поближе, в Троицкий монастырь. О приезде великого князя в Новгород услыхали псковичи, у которых все начало зимы 1460 г. проходило в драках с немцами и взаимных опустошениях собственных земель, — и послали в Новгород к великому князю послов бить ему челом «о жалованьи и о печаловании своея отчине» и говорить: «Есмя приобижени от поганых немец и водою, и землею, и головами, и церкви Божия пожжени от поганых на миру и на крестном целовании». В то же время послы должны были вручить великому князю в дар 50 рублей, а также просить его, чтобы он дал им своим наместником, псковским князем, князя Александра Васильевича Черторижского. Великий князь согласился на последнюю просьбу с условием, чтобы Черторижский целовал крест ему, великому князю, и детям его на том, что он зла им не будет ни хотеть, ни мыслить. Черторижский не хотел дать такой присяги и, несмотря на просьбы псковичей, не остался у них и уехал в Литву, а в Псков Василий Васильевич послал своего сына Юрия, который с соизволения отца удовлетворил просьбу псковичей — дал им в качестве псковского князя и великокняжеского наместника князя Ивана Васильевича Оболенского-Стригу. Василий Васильевич, пробыв в Новгороде шесть недель, выехал обратно в Москву 1 марта. Одна из летописей (Софийская 2-я) передает факт, случившийся в Новгороде вскоре по приезде туда великого князя. Если известие летописи достоверно, то это указывает на раздражение новгородцев, которое возбудил в них великий князь походом 1456 г. Вот этот факт. По приезде великого князя новгородцы собрались к Святой Софии по звону вечевого колокола и совещались об убиении Василия и детей его. Этот кровавый замысел не был приведен в исполнение только благодаря владыке Ионе, который, явившись на вече, указал им на все безрассудство их предприятия: старший сын великого князя, по словам владыки, услышав об участи отца и братьев, возьмет рать у царя (т. е. хана) и разорит всю Новгородскую землю… Трудно заподозрить это известие в неправдоподобии. Хотя другие летописи ничего подобного не передают, а многие, напротив, говорят, что Василий был принят с любовию, — но, во-первых, одна, говоря о прибытии Василия в Новгород, добавляет: «А новгородцы во сторожи жиша»; во-вторых, по некоторым летописям, тогда же какие-то «шилники» хотели убить Федора Басенка; в-третьих, в Новгороде, несомненно, много было граждан, озлобленных на Василия за изъятие им у Новгорода некоторых прав по договору 1456 г.[387] Между тем вскоре после отъезда великого князя в Новгород прибыли немецкие послы для заключения перемирия на пять лет. Псковичи и новгородцы отправили послов к великому князю доложить о просьбе немцев. Василий Васильевич дал свое согласие. В то же время из Пскова почему-то выехал великокняжеский наместник, князь Иван Стрига. Псковичи отправили с ним послов к великому князю с дарами и челобитьем о том, чтобы он печаловался о них, — и Василий дал им наместника в лице князя Владимира Андреевича, сына Андрея Александровича, князя Ростовского. Хотя князь Владимир послан был во Псков «не по псковскому прошению, ни по старине», тем не менее псковичи приняли его «с любовию»[388].

В предпоследний год своей жизни Василий Васильевич, неизвестно по каким побуждениям, собрался в поход на Казань и был уже во Владимире, когда к нему явились казанские послы, и был заключен мир, неизвестно, впрочем, на каких условиях[389].