Великие мусульманские империи. История исламских государств Ближнего Востока, Центральной Азии и Африки

В XVII веке, когда торговля специями была в основном монополизирована голландцами, потеря Красного моря для Египта была отчасти компенсирована ростом местной торговли слоновой костью и рабами из Африки, но, главное, кофе, который выращивали на йеменских нагорьях. Утверждают, что шейх суфийского ордена дервишей, Шазилии, Али ибн Умар, умерший в 1418 году в Мохе, что на Красном море, недалеко от Баб-эль-Мандебского пролива, впервые обнаружил пользу этого напитка для поддержания бодрствования при религиозных бдениях. Несмотря на запрет теологов и правителей, таких как Кансух аль-Гаури, Сулейман Кануни и султан Мурад IV (1623–1640)[4], обычай пить кофе постепенно распространился из суфийских кругов на все классы арабского общества и Турции, а потом и на Европу. Моха — центр торговли кофе и османская военно-морская база в Йемене — с середины XVI века стала развиваться и постепенно превратилась в главный порт страны, сместив с этого места Аден, который пришел в упадок и превратился в рыбацкую деревню. С 1636 до 1849 года зейдитские имамы контролировали Моху, процветание которой достигло зенита в XVIII столетии, когда суда многих стран мира стали заходить в порт, чтобы погрузить кофе, и в городе появились голландская и французская «фактории». Процветание быстро пошло на спад в середине XVIII века — под давлением конкуренции со стороны голландских кофейных плантаций на Цейлоне и Яве. Моха окончательно утратила свою значимость, когда британцы в 1839 году заняли Аден и когда османские турки, вернувшись в Йемен, в 1849 году основали Ходейду.

Хадрамаут, область, расположенная к востоку от Йемена и за пределами османского или зейдитского влияния, заслуживает упоминания за роль в распространении ислама в XVIII и XIX веках. Эта узкая внутренняя равнина, орошаемая с помощью древних плотин и очень глубоких колодцев, издавна обеспечивала существование довольно большого населения. Ее история — череда конфликтов с племенами побережья и чередующихся плато. Сеиды (потомки Али)[5] составили большую часть населения, поскольку освобождались от участия в боях. Они также установили традицию исламского изучения шафиитского мазхаба. Местная династия Касири пришла к власти в XV веке, после чего в столице Хадрамаута, Саюне, и в Тариме появилось много медресе. Шихр — главный порт региона — какое-то время в XVI веке был занят португальцами. Влияние Касири там было сильным. Чтобы подавить прибрежные племена, в XIX веке использовались наемники из племени яфии, жившего за Аденом. Их лидер, процветавший на снабжении наемниками низама Хайдарабада в Индии, в 1867 году захватил города Шихр и Мукалла (позже главный порт) и основал династию Куайти. Куайтиты захватили большую часть территории, но касириты продолжали удерживать Саюн и Тарим. Нехватка земли вынуждала жителей Хадрамаута уезжать. Она же способствовала появлению и развитию уникальной многоэтажной архитектуры. Жители Хадрамаута уезжали по большей части в Индонезию и Восточную Африку, где становились торговцами и женились на местных женщинах. Султанат Понианак на Борнео (датируется с 1772 года) и султанат Перлис в Малайзии были основаны эмигрантами из Хадрамаута. Они также использовали свой религиозный престиж для насаждения более строгих исламских верований и практик. Укоренение шаффитского мазхаба в Индонезии и Восточной Африке в основном объясняется влиянием Хадрамаута.

Борьба за Абиссинию в XVI веке

Появление мусульманских государств в Абиссинии и их отношения с давно образовавшейся христианской эфиопской империей будут рассмотрены далее. Мамлюкское и османское правительства опасались потенциального союза Португалии и Эфиопии, и мамлюкские войска в 1516 году высадились в Сайле, что в западной части Аденского залива — тогда это был главный мусульманский порт в регионе. В следующем году португальцы их вытеснили и сожгли город. Потом Сайла перешла в руки Ахмада Грана, мусульманского военного лидера, войска которого из Сомали и Данкали в 1529–1537 годах завоевали почти всю территорию христианской империи. Успех объяснялся в основном использованием стрелкового оружия, поставляемого турками, которым он платил дань, в Йемен. Сопротивление эфиопского христианства набрало силу только при императоре Гэлаудеуосе (он же Клавдий, правил в 1540–1559 годах), которому здорово помогло присутствие четырех сотен португальцев, высадившихся в Массауа (тогда это был христианский город) в 1541 году. Они двинулись вглубь территории и вместе с эфиопами одержали две победы над Ахмадом Граном. Тот, в свою очередь, обратился за помощью к османскому правителю Йемена Оздемир-паше и получил от него отряд стрелков с мушкетами.