Великие скандалы и скандалисты

Ши заметно оживляется, торопится все рассказать. Время трудное и опасное. Ребенок не здесь, что было бы слишком опасно для нее. Он в надежном месте. А теперь Бурсико должен уйти, ведь в квартале все уже знают, что в ее квартиру пришел иностранец. Слишком опасно для них обоих. Она придумает, как им снова увидеться.

Через 3 дня Бурсико приходит снова. Ши заметно нервничает. «Ты должен уйти», — заявляет она. Но он настаивает, что хочет видеть сына. Тогда Ши показывает ему небольшой черно-белый снимок мальчика лет 3, который ужасно напоминает его самого в детстве. В этот момент за дверью раздается ужасный шум. Человек 10 врываются в комнату и, показывая на Бернара и Ши, кричат, что это два шпиона. Солдаты уводят Бернара в другую комнату и начинают допрос. Бурсико объясняет, что он знал товарища Ши во время первого пребывания в Китае, теперь же, вернувшись и найдя столь много благотворных перемен в стране, пришел к нему, чтобы побольше узнать о Великой революции. Его отпускают.

День за днем он садится на велосипед и, подгоняемый беспокойством, объезжает по нескольку раз квартал, надеясь увидеть Ши и убедиться, что с ней ничего не сделали. Только в конце октября он наконец-то замечает ее на автобусной остановке. Ему удается шепнуть ей, что каждый день в 12 часов он будет ждать ее у входа в самый большой универмаг Пекина.

Это было очень оживленное место в городе. В толпе одинаково одетых людей трудно найти знакомое лицо, но Бернар сразу замечает Ши на скамейке недалеко от входа. Он садится напротив, и они молча смотрят друг на друга. Бернару кажется, что он безумно влюблен и страдает от того, что не может обнять Ши и увидеть сына.

Ему кажется, что все потеряно, но вот однажды, весенним днем, зазвонил телефон, и Ши сообщает ему, что получила разрешение от Союза писателей два раза в неделю обсуждать с ним идеи Мао. В тот же вечер Бурсико у нее дома. Но даже здесь он боится спросить о сыне, опасаясь спрятанного микрофона. Через два месяца политических бесед Ши сообщает ему, что с ним желает встретиться представитель муниципалитета товарищ Канг, чтобы посмотреть, насколько хорошо он воспринял идеи Мао. При первой же встрече Бурсико понял, что от него хотят. Тогда он сам предложил передавать Кангу наиболее интересные, с его точки зрения, документы. Китайских товарищей больше всего интересовала информация о советской армии и сообщения из Вашингтона. Бернар не испытывал угрызений совести, ведь он не предавал Францию, а лишь помогал народу Китая.

Когда приходил Канг, Ши уходила на кухню, говоря, что ее не интересует ничто, кроме театра. Но это было не совсем так. Каждый раз, уходя от Ши, Бурсико уносил список вещей, которые она просила его купить, и список всегда был внушительным. Ей хотелось всего и самого лучшего качества. В постели она очень мало удовлетворяла Бернара. Всегда обиженная из-за того, что он слишком много времени проводит с Кангом, она начинала с упреков. Затем все происходило в страшной спешке, так как в любой момент мог зайти кто-нибудь из соседей, и всегда так, как этого хотелось ей. Все это настолько разочаровывало Бурсико, что однажды он заявил ей, что во Франции у него есть женщина, на которой он намерен жениться, если Ши не изменится и не решится уехать с ним, чтобы начать нормальную жизнь с ним и сыном.

Подошел конец его срока пребывания в Китае. Бурсико был несчастен. Он уезжал, не увидев сына. Однако он не отчаивался, ведь за два года работы в Китае он передал китайским товарищам такое количество документов, что считал себя вправе рассчитывать на благожелательность с их стороны.

И вот настал день, который он не забудет никогда: 15 ноября 1973 года. Он пришел к Ши, которая с порога сообщила ему, что приготовила сюрприз. В приоткрытую дверь соседней комнаты он увидел маленького семилетнего мальчика. Так впервые он увидел своего сына.

Все утро под взглядом бабушки он играет с мальчиком, который очень смущается и не выказывает интереса к играм. Затем все вместе рассматривают его детские фотографии, а потом, когда мальчик спит, Ши и Бернар занимаются любовью. Он переполнен чувствами, нежность изливается из него, но многого он себе не может позволить: за стенкой мать Ши. И он довольствуется ласками Ши, он давно привык к тому, что ласкают его, а не он. Бурсико покупает сыну футбольный мяч и много других игрушек. Он даже купает его. В один из дней мальчик обедает вместе с отцом и Кангом. Ши, знакомя сына с Кангом, объясняет ему: «Это самый лучший друг нашей семьи. Ты должен звать его «папа». Бернару же она поясняет, что в этом случае Канг обязан взять мальчика под свое покровительство, что очень важно в это опасное время для такого мальчика, как их сын Бертран. Первое, что делает Бурсико, вернувшись во Францию — едет в Бретань, чтобы сообщить матери о том, что у нее есть внук. Затем он устраивается в Париже на улице Сен-Дени. Благодаря одному из своих друзей, ему удается получить трехмесячную визу для Ши и официальное приглашение для чтения лекций.