Читаем Великий итальянский атеист Ванини полностью

Наиболее радикальным течением в реформации были плебейские учения анабаптистов, требовавших всеобщего равенства и коренной перестройки общества. На наиболее последовательных и революционных позициях стоял вождь немецкой реформации Томас Мюнцер. Он погиб в борьбе с армией немецких князей в 1525 г. Следует отметить, что именно эта анабаптистская струя была сильна и в итальянском протестантизме, в антикатолических течениях реформационного направления.

Родиной итальянского протестантизма стала Южная Италия. Находившаяся под чужеземным игом, она была страной глубокой нищеты, резких социальных противоречий, способствовавших появлению реформаторских учений. Они были здесь направлены против испанской монархии и засилья католической церкви, а также против активных попыток римской курии ограничить независимость южноитальянской церкви и усилить здесь свою церковную власть.

В 30-х годах XVI в. в Неаполе начал свою деятельность снискавший ненависть испанских властей Джованни Вальдес, ярый противник светской власти пап. Среди его наиболее верных последователей была Джулия Гонзага, которая оказывала покровительство и поддержку многим выдающимся деятелям протестантского движения Италии. Его учеником был Пьетро Мартире, вынужденный бежать из Неаполя в Лукку, где он создал протестантскую общину. Такие же общины были созданы во Флоренции и Сьене. Итальянский протестантизм распространялся в XVI в. с юга на север, из Неаполя во Флоренцию. Одним из наиболее видных приверженцев Вальдеса был пользовавшийся общеевропейской известностью богослов Бернардино Оккино, который бежал в Швейцарию от преследований римской курии. Среди протестантов Южной Италии было несколько епископов и архиепископов. В распространении реформационных учений среди некоторой части южноитальянского высшего духовенства и дворянства большую роль играли их антиримские и антииспанские настроения. Церковный писатель Караччоли говорил о наличии в Неаполе 3 тысяч еретиков. Про-тестаптское движение охватило также такие области Неаполитанского королевства, как Калабрия, где его возглавлял Аполлонио Меринда, и родной край Ванини — Апулию, где вождями протестантов были дон Джованни да Кастрофьяно и Людовико Манна.

Неаполитанский протестантизм был близок к цвинглианству и кальвинизму: некоторые видные протестанты отстаивали положение о спасении одной верой, вопреки католическому тезису о спасении «добрыми делами», т. е. уплатой папских налогов, платой за индульгенции и т. п. Положение о спасении одной верой подрывало материальные и организационные основы католицизма. Другая часть итальянских протестантов была близка к немецкому реформатору Меланхтону. Однако сам Меланхтон говорил, что итальянские протестанты, его сторонники, близки к античной философии и влюблены в «суетную» науку, что он считал их заблуждением. Действительно, итальянский протестантизм был тесно связан с итальянским и общеевропейским гуманизмом (одним из виднейших представителей которого был Эразм Роттердамский). Швейцарский церковный радикализм Цвингли и Кальвина сочетался здесь с итальянским республиканизмом. Таким образом, итальянский протестантизм имел собственные истоки и свою специфику.

Во всех странах Европы, в той или иной степени захваченных реформацией, последняя встречала большое сопротивление со стороны не желавшего уступать своих позиций класса феодалов и католической церкви. Так было и в Италии — резиденции папства. Католическая реакция, начавшаяся в 40-х годах XVI в., была направлена на укрепление феодальных порядков и прежде всего— позиций католической церкви, значительно подорванных реформацией. В 1540 г. папа Павел III утвердил орден иезуитов, ставший главным орудием реакции и католического мракобесия; в 1542 г. в Риме был создан центральный инквизиционный трибунал во главе с грозным кардиналом Караффой, будущим папой Павлом IV. В 1559 г. провозглашается первый индекс запрещенных книг: в него вносили все сочинения, содержащие отклонения от католических догм. Запрещенные книги сжигались, а нередко на костер отправлялись и их авторы. Еще во времена папы Пия V были выработаны жестокие и коварные методы допросов, и по всей Италии запылали костры инквизиции.

В Неаполитанском королевстве преследование протестантов началось еще в 30-х годах XVI в. Его вели члены ордена театинцев, организованного кардиналом Караффой. В 40-х годах происходят массовые осуждения еретиков, близких по своим взглядам к лютеранству. Сам испанский король направляет в Неаполь монахов-доминиканцев для борьбы с ересью. В результате их деятельности там вскоре запылали костры из запрещенных книг и стали подвергаться преследованиям гуманистические кружки. В Неаполь были направлены и представители римской инквизиции, которые творили суд и расправу, опираясь на войска испанского наместника. Так, в начале 60-х годов XVI в. было уничтожено несколько тысяч бежавших в горы Калабрии горожан-вальденсов— сектантов, преследуемых католической церковью с давних пор. Террор инквизиции вызвал народное восстание.

Перейти на страницу:

Все книги серии Научно-популярная серия

Григорий Николаевич Потанин. Жизнь и деятельность
Григорий Николаевич Потанин. Жизнь и деятельность

Для широкого круга читателей большой интерес представляет жизнь Г. Н. Потанина — выдающегося исследователя стран и народов Внутренней Азии, культурного деятеля, много способствовавшего просвещению Сибири до Великой Октябрьской революции.Григорий Николаевич Потанин организовал изучение быта и эпоса бурят и других сибирских народов, устраивал музеи и выставки, хлопотал об открытии новых отделов Географического общества, был в числе учредителей первых высших женских курсов в Томске и общества вспомоществования их учащимся; организовал в Томске Общество изучения Сибири и раздобыл ему средства для отправки экспедиции в Монголию по изучению русской торговли; принимал живое участие в сибирской передовой периодической печати. По окончании путешествий он занялся также обработкой собранных материалов по верованиям и сказаниям тюркских и монгольских народов и пришел к интересным выводам о связи между восточными и западными легендами относительно сына божьего, изложенным в нескольких трудах.

Владимир Афанасьевич Обручев

Биографии и Мемуары / Приключения / Путешествия и география / Документальное
Иван Грозный
Иван Грозный

Из текста: Если бы Иван IV умер в 1566 г., в момент своих величайших успехов на западном фронте, своего приготовления к окончательному завоеванию Ливонии, историческая память присвоила бы ему имя великого завоевателя, создателя крупнейшей в мире державы, подобного Александру Македонскому. Вина утраты покоренного им Прибалтийского края пала бы тогда на его преемников: ведь и Александра только преждевременная смерть избавила от прямой встречи с распадением созданной им империи. В случае такого раннего конца, на 36-м году жизни, Иван IV остался бы в исторической традиции окруженный славой замечательного реформатора, организатора военно-служилого класса, основателя административной централизации Московской державы. Ивану Грозному, однако, выпала на долю иная судьба, глубоко трагическая. Он прожил еще 18 лет, и это были годы тяжелых потерь, великих несчастий для страны.

Роберт Юрьевич Виппер

Историческая проза

Похожие книги

Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище
Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище

Настоящее издание посвящено малоизученной теме – истории Строгановского Императорского художественно-промышленного училища в период с 1896 по 1917 г. и его последнему директору – академику Н.В. Глобе, эмигрировавшему из советской России в 1925 г. В сборник вошли статьи отечественных и зарубежных исследователей, рассматривающие личность Н. Глобы в широком контексте художественной жизни предреволюционной и послереволюционной России, а также русской эмиграции. Большинство материалов, архивных документов и фактов представлено и проанализировано впервые.Для искусствоведов, художников, преподавателей и историков отечественной культуры, для широкого круга читателей.

Татьяна Леонидовна Астраханцева , Коллектив авторов , Юрий Ростиславович Савельев , Мария Терентьевна Майстровская , Георгий Фёдорович Коваленко , Сергей Николаевич Федунов , Протоиерей Николай Чернокрак

Биографии и Мемуары / Прочее / Изобразительное искусство, фотография / Документальное
Русская печь
Русская печь

Печное искусство — особый вид народного творчества, имеющий богатые традиции и приемы. «Печь нам мать родная», — говорил русский народ испокон веков. Ведь с ее помощью не только топились деревенские избы и городские усадьбы — в печи готовили пищу, на ней лечились и спали, о ней слагали легенды и сказки.Книга расскажет о том, как устроена обычная или усовершенствованная русская печь и из каких основных частей она состоит, как самому изготовить материалы для кладки и сложить печь, как сушить ее и декорировать, заготовлять дрова и разводить огонь, готовить в ней пищу и печь хлеб, коптить рыбу и обжигать глиняные изделия.Если вы хотите своими руками сложить печь в загородном доме или на даче, подробное описание устройства и кладки подскажет, как это сделать правильно, а масса прекрасных иллюстраций поможет представить все воочию.

Геннадий Яковлевич Федотов , Владимир Арсентьевич Ситников , Геннадий Федотов

Биографии и Мемуары / Хобби и ремесла / Проза для детей / Дом и досуг / Документальное
Бомарше
Бомарше

Эта книга посвящена одному из самых блистательных персонажей французской истории — Пьеру Огюстену Карону де Бомарше. Хотя прославился он благодаря таланту драматурга, литературная деятельность была всего лишь эпизодом его жизненного пути. Он узнал, что такое суд и тюрьма, богатство и нищета, был часовых дел мастером, судьей, аферистом. памфлетистом, тайным агентом, торговцем оружием, издателем, истцом и ответчиком, заговорщиком, покорителем женских сердец и необычайно остроумным человеком. Бомарше сыграл немаловажную роль в международной политике Франции, повлияв на решение Людовика XVI поддержать борьбу американцев за независимость. Образ этого человека откроется перед читателем с совершенно неожиданной стороны. К тому же книга Р. де Кастра написана столь живо и увлекательно, что вряд ли оставит кого-то равнодушным.

Фредерик Грандель , Рене де Кастр

Биографии и Мемуары / Публицистика