Великий Тамерлан. «Сотрясатель Вселенной»

…Между прочим, потом многие были склонны считать, что де юный и малоопытный в военном деле герцог Орлеанский в тот роковой (или ключевой.) момент битвы просто смалодушничал и ретировался раньше чем на то последовала команда от его старшего брата – короля Франции Иоанна II. Находились и такие провидцы, которые полагали, что якобы тогда герцог намеренно оставил своего венценосного брата на поле неудачно складывавшегося сражения в одиночестве, рассчитывая в случае его гибели захватить опустевший королевский трон. Сам герцог – в ту пору рано взрослели, тем более, на войне – потом очень просто и доходчиво объяснил свой не вполне благовидный поступок-маневр. Якобы он, увидев разгром не только д’Одрегема и де Клермона с де Бриенном, но отступление большого отряда дофина, понесшего столь внушительные потери, решил, что отступает уже все французское войско, и увел своих рыцарей, чтобы спасти хоть какие-то французские силы от разгрома, а заодно и бывших при нем двоих сыновей старшего брата – короля Франции – графов Анжуйского и Пуатье.

Не исключено, что если бы колонна герцога Орлеанского атаковала потрепанных англичан на их позициях сразу же после того как назад откатились рыцари дофина Карла, то в ходе боя могли произойти перемены, причем не в пользу малочисленных воинов принца Уэльского. Тем более что его лучники уже испытывали проблемы с боеприпасами, а в ближнем бою им все же было трудно противостоять одетым в латы французским рыцарям, тем более численно их превосходящим.

Кое-кто из историков полагает, что англичане, воодушевленные своими успехами (разгромом Одрегема, Клермона, Бриенна, дофина Карла и ретирадой невредимого отряда герцога Орлеанского), посчитали возможным самим перейти в контрнаступление. Правда, многоопытный Эдуард Черный Принц сумел-таки удержать их от такого опрометчивого поступка, как преследование отходящего врага, поскольку тот еще не ввел в бой свой четвертый, самый крупный отряд рыцарей. Кроме того, ближний бой был бы весьма опасен для немногочисленных и уже изрядно помятых предыдущими рыцарскими атаками англичан! Тем более что им пришлось бы выйти далеко за пределы своих сугубо оборонительных позиций, где они были столь хороши благодаря тесному взаимодействию между лучниками и спешенными рыцарями. И тем не менее, пользуясь временной передышкой, принц Уэльский приказал своему небольшому конному рыцарскому резерву на всякий случай быть готовым к разящей контратаке.

Только-только он успел отдать последние приказы, как французы опять пошли в атаку! На этот раз спешенным французским рыцарям пришлось преодолевать очень большое расстояние до вражеских позиций – чуть ли не два с лишним км! Они ведь стояли далеко в тылу, пока их собратья по оружию из первой и второй колонн атаковали неприятеля. Не говоря уж о так и не принявшей участия в сражении третьей колонне герцога Орлеанского, располагавшейся ближе их к линии фронта! Шли они медленно – так, как могут передвигаться закованные в латы, но пешие рыцари с тяжелым вооружением в руках! Впрочем, это была их последняя атака, поскольку они пошли вперед последними. Правда, их отряд был самым большим и их возглавлял сам король Франции, который решил действовать по принципу «все или ничего»! Вояка, он безусловно был отчаянно смелый, но военачальник заурядный и ему уже ничего не оставалось, как либо победить в последней героической атаке либо пасть в ней смертью храбрых либо на худой конец попасть в плен! Свой отряд король Франции нацелил на сильно поредевший вражеский центр, где развивался личный штандарт самого Эдуарда Черного Принца. Резон был понятен: либо он убьет вражеского полководца и тем самым выиграет битву либо падет смертью храбрых в схватке с самим принцем Уэльским!